Политика Эфиры

«Закопаем Ленина?» — 5 канал

Фрагменты из передачи «Закопаем Ленина?» («Открытая студия», «5 канал»). 20 июня 2012 г.

Ведущая: Предлагаю обменяться коротко мнениями и ответить на тот вопрос, который мы предлагаем нашим зрителям: Надо ли выносить тело Ленина из Мавзолея? Да, нет, нужен референдум.

Невзоров: Да, нет. Здесь нужен не референдум, здесь нужен алкотестер и нужно министров перед выступлениями, чтобы подходил гаишник и проверял бы на алкоголизацию.

Ведущая: Министр трезвый, подождите.

Невзоров: Если трезвый, то надо вернуть обратно ложить асфальт и извиниться перед той бригадой дорожных рабочих, из которой его взяли ради шутки. Как может министр культуры ни с того, ни с чего, с какого бодуна, вдруг, разорить действующий музейный комплекс с экспонатом, известный всему миру, взять этот экспонат, который является точно также национальным достоянием музейным, взять и разгромить. По каким причинам? Либо он пьян, либо он, действительно, дорожный рабочий, либо он руководствуется интересами какой-то тоталитарной религиозной секты.

Ведущая: Мавзолей, Эрмитаж, Третьяковка – это всё наши культурные достояния в одном ряду стоят по-Вашему?

Невзоров: А почему нет. Это музейный комплекс с центральным экспонатом. Если убрать этот экспонат, этот экспонат не будет представлять ни для кого никакого интереса. О чём разговор, и какой необходимостью главное это вызвано?

Ведущая: Ваше мнение понятно.

***

Ведущая: Юрий Сергеевич, давайте, я Вам сейчас дам слово. Прозвучали слова, что общество это не волнует. Но я не соглашусь. Другое дело, что по опросам, которые проводились после выступления господина Мединского, может, 60% действительно высказываются за то, что не надо этого делать. В этом интерес, что меняются мнения, но мнение общества остаётся. Или я не права?

Собеседник 1: Я не знаю, насколько это волнует общество или нет. Меня это волнует, я могу только о себе говорить. Я то стопроцентный сторонник того, чтобы Ленина оттуда вынести и всех его соратников, которые там лежат, и последовать совету министра Мединского и переименовать улицы Горьковскую, метро и прочее, прочее. Дело в том, что Красная площадь – это не музей, Александр Глебович. Это историко-символический центр России. И в центре этого центра лежит человек, который как говорил Маяковский «И сейчас живее всех живых». И его соратники: Сталин, Дзержинский и другие. Эти люди создали самый страшный, террористический, антирусский режим. Значит, если мы их терпим, мы солидаризируемся с ними, для меня – это убийцы. А я солидарен с теми, кто страдал, с русским народом. Полагаю, для того, чтобы мы двинулись вперёд, чтобы мы освободились от этого ужаса, в котором мы были, мы должны совершить эту акцию. Но совершить как? И здесь, я согласен с Антоном, демократически, может референдум, может быть решение Государственной Думы, но, ни в коем случае не анонимное решение какой-то Верховной власти. Это будет, конечно, плевок. Что же касается, расколет ли это действие наш народ? Вы знаете, во-первых, он и так расколот, если одна часть за вынос, другая – против, кому-то всё равно. Но всё-таки мы же должны понять, мы с Лениным, как говорил Маяковский «С Лениным в башке и с наганом в руке». Или мы всё-таки как-то живём по-другому? Мне кажется, что пора уходить от этого ужаса, от этой мороки, в которые эти господа, вернее, товарищи нас вогнали. Вот моя жёсткая, бескомпромиссная позиция.

Ведущая: Да, я поняла. Но Александр Глебович, по-моему, уже готов возразить.

Невзоров: Да нет, я не готов возразить. Наверное, если бы я не испытывал такого искреннего уважения к собеседнику, я бы назвал все эти доводы несколько белогорячными, потому что ничего кроме чистой мистики под всем этим нет. Понятно, что мистика не может являться никаким критерием серьёзных поступков. Есть некий музейный комплекс, есть огромный кусок истории, который этот музейный комплекс олицетворяет. Есть множество людей, для которых это существо. Я достаточно, скажем так, серьёзно отношусь к Ленину, без особой симпатии, но отдаю ему должное.

Ведущая: Как исторической фигуре?

Невзоров: Он – блистательный философ, он – блистательный проповедник естественно-научных знаний. Он – необыкновенно удачливый политический авантюрист. Он, действительно, фигура достойная того, чтобы его знали, и не путали с Новодворской или с кем-то ещё. Но, пока что все доводы в пользу того, во-первых, замечательно, что Красная площадь – это центр России, но центром России, напомню, она стала исключительно по той причине, что там лежал Ленин или лежит Ленин.

Ведущая: Что Ленина туда перевезло правительство.

Невзоров: Совершенно верно. Но, никаких доводов кроме мистических, я не вижу.

Ведущая: А мистика в чём?

Невзоров: А в чём практика? А в чём хоть один практический довод, из-за чего это вообще нужно делать? Пожалуйста, тогда нужно всех покойников захоронить. Давайте по честному. Коммунисты пусть лишаться своего святого. Захороним. У православных надо отобрать всех покойников, которые у них разложены по всем церквям на видных местах. Тоже захоронить. Заодно ещё и мумию жреца Петеса из Эрмитажа притащить и тоже похоронить, потому что, тоже покойник, и тоже посреди Петербурга. На фига? Жалко, коммунистов не осталось. Насколько я знаю, распустилась КПРФ, да?

Ведущая: Почему? Вот сидит представитель фракции.

Невзоров: Нет. Этот из тех, кто чистит бархоткой Гундяеву башмачки последнее время. Нет, это не коммунисты. Розовые зайчики.

<…>

Собеседник 2: Если мы дождёмся, когда все будут жить в дворцах и получать большие зарплаты, про то, что существует Мавзолей и там лежит некий Ульянов-Ленин многие забудут, а дети вообще знать не будут. Все эти разговоры о выносе Ленина, они сводятся к такой культурной традиции, которая существовала всегда: мёртвое тело – это всегда объект магической силы. И те, кто хотят сегодня вынести Ленина и обращаются к мистической составляющей, они, на мой взгляд, просто боятся ленинизма, они боятся идей и дела Ленина, которое, по их мнению, таким образом, всё ещё живёт и побеждает. Что касается меня, я давно убеждён в том, что Ленин перестал быть актуальной политической фигурой, и, вообще, актуальной фигурой в нашей жизни, хотя очень долго это так было. И сейчас – это просто культурный символ, который не требует оценки. Мы можем оценивать Ленина и можем говорить о прекращении захоронения у Кремлёвской стены. Это два разных вопроса, а связывать их вместе, по-моему, это не культурно.

Ведущая: Я не знаю, я бы не согласилась, Александр Глебович. Есть Ленин, могила, Мавзолей – это одна история. А есть дело Ленина, о котором сейчас упомянул Сергей Дмитриевич. И действительно, ведь нельзя сказать, что дело Ленина умерло? Да, не осталось главной идеологической составляющей страны. Но всё равно, нельзя сказать, что Ленин забытый, всеми проклятый классик. Он действительно силён.

Невзоров: Почему он вообще должен быть проклят? Ведь при всём уважении к Юрию Сергеевичу Пивоварову и к его взглядам, тем не менее, надо понимать, что то, олицетворением чего является Ленин, то есть, революция 17-го года и изменение общественного строя в России, при всей своей страшности, при всей своей кошмарности было избавлением, вероятно, от ещё большего кошмара. Либо надо согласиться с тем, что народ является идиотом, и этот народ пошёл на какую-то невиданную авантюру, меняя хорошее на что-то плохое. Поэтому, говорить о том, что Ленин – пустая фигура, что дело его не должно жить. Да почему, собственно говоря? Там есть масса здравых, блистательных идей, там есть блистательная образованность, там есть умение применять настоящий естественнонаучный метод в отношении истории, что очень ценно. Причём, мы понимаем, что история – это служанка идеологии. Не более того. То есть, персонаж-то, чрезвычайно любопытный. Это, если мы оцениваем персонаж. Почему не должно жить его дело? Кто мы такие, чтобы кому-то указывать, как им мыслить, во что им верить, что им исповедовать, и что должно им быть симпатично?

<…>

Невзоров: Я думаю, перспективы у тела Владимира Ильича на самом деле, действительно, хреновые. Потому что тема будет будироваться, а коммунисты отличились за последнее время тем, что они демонстрируют, как они сдают всё. Они сдали свою идеологию, они сдали свои представления о мире, они сдали свои козырные карты, когда они во многом, действительно, опирались на науку, на разум и то, ценное, что было. Это их целование рук и ног Гундяеву, которое они недавно продемонстрировали вместе с Зюгановым.

<…>

Ведущая: У меня всё-таки вопрос. Юрий Сергеевич, может Вы сочтёте его странным: почему Сталин не похоронил Ленина?

Собеседник 1: Сталин похоронил Ленина. Почему? Он его положил в Мавзолей.

Ведущая: Не похоронил в землю. Ведь у него же была возможность? Потом, позже.

Невзоров: А что это за пунктик – в землю?

Собеседник 3: Захоронен по традициям нашей православной церкви.

Ведущая: Василий Фёдорович, я Вам напоминаю. Сталин был перезахоронен, и Кремлёвские звёзды не упали с башен.

Собеседник 1: Я думаю, Сталину было абсолютно плевать на русские православные обычаи, это естественно.

Ведущая: Почему? Сталин был верующим человеком.

Невзоров: Покажи справку.

Ведущая: Сталин вернул патриархат, давайте вспомним.

Невзоров: Он вернул, когда выяснил, что две тысячи приходов Русской православной церкви перешли на сторону немцев на оккупированных территориях, возносят многолетствование Гитлеру, и нужно было брать ситуацию, и каким-то образом заставить уцелевших, находившихся в нашем распоряжении попов хоть что-нибудь сделать.

Ведущая: Можно я выскажу робкое предположение, что по сравнению с Лениным, он был более верующим человеком.

Невзоров: Нельзя быть немножко беременным.

Ведущая: С Вами согласна.

Собеседник 1: Да, я думаю, Сталин был немножко беременный на самом деле.

Собеседник 3: Давайте не оскорблять хотя бы такими речами.

Невзоров: А Вы не оскорбляйтесь.

<…>

No Comments

Leave a Reply

Nevzorov.TV