Политика Эфиры

Революции сначала пишутся, а потом делаются

«Революции сначала пишутся, а потом делаются» («Радио Эхо Москвы в Санкт-Петербурге»). 12 июня 2012 г.

Ведущий: 13 часов 07 минут в Петербурге, у микрофона Ведущий. Галина Курылева за звукорежиссерским пультом, и у нас в эфире сегодня Александр Невзоров, режиссер, публицист. Добрый день, Александр.

Невзоров: Добрый день.

Ведущий: «Уроки атеизма» появились, в том числе, и на нашем сайте в вашем исполнении. Зачем вам это надо? С чего вдруг?

Невзоров: Ну, как вам сказать? У меня еще сохраняются некоторые иллюзии по поводу интеллектуального будущего России, и существует абсолютное понимание того, что происходящее омерзительно. Прежде всего, потому, что нарушаются мои права и права десятков тысяч, сотен тысяч, миллионов людей, которые думают, вероятно, либо так же как я, либо похожим образом. Каким образом нарушаются? Мы постоянно видим, что православные инициируют весьма жесткие, весьма скандальные ситуации с выставками, с книгами, с театральными постановками, с кинопремьерами, пытаются воздействовать на закрытие, запрещение, ликвидацию того или иного культурного события. Тем самым, в общем-то, нарушая мои права, существенно, потому что я хочу видеть эти выставки, я хочу видеть эти фильмы, я хочу наблюдать те действия, которые предлагают мне различные группы. Я в данном случае говорю не столько о себе, сколько о тех людях, которые, вероятно, мыслят подобным мне образом.

Ведущий: И вы думаете уроками атеизма можно изменить ситуацию?

Невзоров: Я думаю, что можно изменить ситуацию, во-первых, во-вторых, мы всего-навсего хотим загнать ситуацию совсем не в какие-то глубокие подполья, а в ту самую 14-ю статью Конституции, которая гарантирует нам всем, гражданам России, равные права, в том числе равные права на достижения культуры, науки, техники, истории, осмыслением всего этого.

Ведущий: А почему объектом стала именно РПЦ, а скажем, не мусульмане, не иудеи, не буддисты, бог знает какие еще там есть религии, довольно много их?

Невзоров: А я не вижу, чтобы иудеи, мусульмане или буддисты с такой же наглостью и с такой же последовательностью лезли бы в светскую, гражданскую жизнь, не вижу их попыток присасываться к государству. Я прекрасно понимаю, что для православной церкви не существует другого способа существования, кроме как в альянсе с государством. Это уже выяснилось на протяжении многих сотен лет и для того, чтобы, как вы знаете, чтобы православие чувствовало себя защищено и уверенно в так называемой царской России, для этого требовалось 14 постоянно действующих статей уголовных уложений, страх каторги, страх лишения прав состояния, ссылки. То есть когда мы говорим о том, что якобы Россия была православной страной, это, по меньшей мере, некорректно, потому что у людей никогда не было права выбора, в том числе и мировоззрения. И когда мне говорят: Вот, на Бородинском поле шли за Богородицу. А кто знает, за кого бы пошли, если бы было право выбора? За Изиду, за Тора, за Перуна или вообще ни за кого? Но поскольку всегда работал репрессивный аппарат, и этот репрессивный аппарат, с него все началось еще в дни так называемого крещения, это всегда было омрачено принудиловкой, террором, жестокостью, поэтому, у нас нет никаких оснований предполагать, что православие когда-либо было добровольным выбором.

Ведущий: Но надо сказать, что многие сохраняли веру, в том числе православную веру, в период советской власти, когда православие, как и другие религии, были практически под запретом.

Невзоров: Ну, сохраняли. Понимаете, я ничего не имею против, для меня вообще не существует вопроса веры, я вообще этого не касаюсь. Люди вправе верить во все, что хотят: в макаронного монстра, в реальность Чебурашки, в Иисуса Иосифовича Христа, носить на голове кастрюли любого цвета, биться лбом об пол, целовать толстым мужикам руки – это их проблемы. Но в специально отведенных местах и за свой собственный счет. А не за счет всех остальных граждан России, которые почему-то  должны из своего кармана налоговым образом оплачивать реконструкцию украшений их торговых точек, где они осуществляют продажу магических услуг. Я совершенно не собираюсь финансировать бижутерию, которую носят Гундяев или Чаплин на разных частях своего тела. Я же ничего не имею против их веры, но пусть они верят так, чтобы не задевать интересы всех остальных.

Ведущий: Вот, появляются достаточно много комментариев к вашему видеоблогу на нашем сайте, в частности, некто Саня пишет: «Невзоров абсолютно прав. РПЦ, пошла вон, если не сказать дальше. Нынешним кремлевским кретинам нужен православный пастырь, – пишет Саня, – для управления народом. Недаром все бывшие коммуняки и кэгэбэшники стали святее папы Римского, но хари-то остались прежними, обкомовскими». Так считает Саня, обращаясь, видимо, к вам. Как вы относитесь к такой реплике?

Невзоров: Саня жестко комментирует, Саня здесь единственное что не учел, что кремлевцы так легко попались на православный крючок по причине, конечно, того, что в основном это очень серые ребята. И посмотрите, с какой последовательностью они выдавливали интеллектуалов из кремлевских команд, того же самого Славу Суркова, и все-таки выдавили его, все-таки отстранили от управления идеологией, а он в значительной степени пытался сохранить равновесие. Конечно, все кремлевские руководители в той или иной степени чудовищно невежественны. Это я вам точно говорю.

Ведущий: Вы с ними встречались?

Невзоров: Да, естественно, мне много с ними приходится иметь дело. И особенно невежественны в вопросах религии. Плюс они имеют абсолютно неуправляемую страну. То есть страну, которая живет по каким-то отдельным, своим законам. Коррупция, и это действенный механизм, единственный действенный механизм в России на сегодняшний день,  беззаконие, своеволие и маразм. У нас есть несколько законов, благодаря которым жизнь в России еще теплится. Они все абсурдны, но они все в известной степени работают. И тут, этим бедным кремлевцам, у которых нет вообще никаких способов управления, предлагают какой-то имитатор, но все-таки какой-то имитатор руля в виде православия. Приезжают надушенные богато разодетые бородатые дядьки, которые обещают, что страна приползет на выборы «Единой России» как один, и этого не происходит, сейчас мы видим некоторое отрезвление, потому что власть начинает видеть, она же абсолютно прагматична, она начинает видеть, что православие не является способом управления.

Ведущий: А что, были иллюзии?

Невзоров: Конечно, были иллюзии, конечно.  А неужели вы думаете, вот это вот массовое уверование бывших обкомовцев, вы что, подозреваете их в искренности, что ли? Не думаю.

Ведущий: Недавно в интервью «Моему району» под заголовком «Александр Невзоров. Попы гипнотизируют Путина» 18 апреля вы, в частности, сказали, цитирую: «На самом деле это, (имеются в виду «Уроки атеизма»), на самом деле это для меня факультативное дело. Я случайно оказался в этом окопе. Меня попросили немного поддержать и для виду пострелять в ту сторону, пока подойдут основные силы. А они все не идут, вот я и обжился в этом окопе». Как понимать вот эту фразу? Кто вас попросил пострелять по церкви?

Невзоров: Вот вы интересный человек, я вот взял и все вам рассказал.

Ведущий: А вдруг? Может, пришло время?

Невзоров: Нет, друг мой, нет. Я не думаю, что приходит время, и я же всегда честно говорю, что я не занимаюсь общественной жизнью на общественных началах. У меня есть своя жизнь, она совершенно параллельна моему трибунному и публицистическому имиджу, она является основной и принципиальной для меня, но у меня есть профессия, которая позволяет мне, скажем так, заниматься и вот этой стороной тоже. И естественно, очень многие вещи я делаю по заказу, но здесь совпало. Потому что предложений у меня бывает много и на разную тему, здесь совпало мое собственное, скажем так, недоумение по поводу происходящего в России и определенного рода просьба. Они не все там идиоты.

<…>

Ведущий: Хорошо, не будем о революции. А вообще перемены с вашей точки зрения сейчас в России нужны? Если да, то какие вам лично нужны чтобы хотя бы не стало хуже?

Невзоров: Вы знаете, я думаю, что перемены в России нужны всегда. Но мы платим страшную цену за 700-летнее отставание в развитии. Россия платит. Давайте не будем забывать, что с дней т.н. крещения до Петра Россия жила не только в абсолютной литературной, художественной, научной изоляции от всего мира, но и от политической тоже, а политическая неизолированность воспитывает общественные отношения. У нас общественные отношения точно также были неразвиты, как не развита была медицина, история, культура и все остальное, потому что у нас все, что было до Петра – это был гигантский период застоя, где просто вместо портрета Брежнева был портрет Иисуса Иосифовича Христа, разница, на самом деле, здесь невелика. И вот эти 700 лет отставания, конечно, гарантируют нам трагедии сегодняшнего дня. Поэтому, надо честно смотреть на то, что вероятно судьба России в современном мире может и должна быть трагичной.

Ведущий: Ну и еще связанный с этим вопрос, наверное, с этим последний: как вы относитесь к разгонам всех этих акций, в свое время вы были против подавления путча 1993 года Ельциным, а вот к нынешним разгонам, порой, жестоким, как вы относитесь?

Невзоров: Как к детскому саду, конечно. Потому что и одни не знают, что делать, и другие не знают, что делать. И власть не знает, как справляться с этим декоративным мятежом, и мятеж не знает, как развиться из декоративного в общенациональный серьезный и неизбежный, неотвратимый. Здесь я бы сказал, что «Асинус асинум фрипод».

Ведущий: Переведите, пожалуйста?

Невзоров: Осел трется об осла.

Ведущий: Ладно. Вопросы на сайте продолжаются, потом я думаю, после половины часа, мы к ним перейдем. Вот, кстати, где-то я его потерял, но неважно, был задан вопрос, касающийся отношения  к Виталию Милонову, это единоросс, автор законопроекта о пропаганде, там всего прочего, в т.ч. педофилии и нетрадиционных сексуальных отношений. У вас недавно появилась статья на эту тему.

Невзоров: А, я просто не знал фамилию, потому что она меня мало интересует, я уже говорил, что я политикой бесплатно не занимаюсь.

Ведущий: Но он уже всемирная величина известная Виталий Милонов.

Невзоров: Я слышал версию о том, что он как очень верующий человек, вероятно вынужден все время смотреть видения, это очень в религиозной традиции. И вот выдвигалась версия, что ему являлся этот очень страдающий многонациональный зад, с жалобами на злокозненных мужеложцев и этот зад надиктовал тот самый закон, который вы называете знаменитым и известным. На самом деле, конечно, это полный маразм, это не вызвано никакой необходимостью, и это сделано исключительно для того, чтобы та группировка, которая, скажем так, олицетворяется в ЗАКСе вот этим Милоновым, могла бы продемонстрировать прежде всего амбиции, и прежде всего вот ту дремучесть, на которую обрекает людей православное сознание. Потому что, кто мы такие для того, чтобы определять людям, в каких отношениях им находиться? И имеют они право эти отношения регистрировать или не имеют, и как они должны между собой взаимодействовать. Ведь этот закон о гомосексуалистах, это прежде всего попытка образовать некую касту учителей, людей, которые знают, что такое хорошо, и что такое плохо. А кто они такие сами? Возникает вопрос, и мы выясняем, что в общем, никто. И мне не очень по душе гомосексуалисты, но это не основание для того, чтобы я пытался воздействовать на судьбу любого из них в частности или на их группы каким-то негативным образом, а в данном случае пришлось за них вступиться.

Ведущий: Федор, Петербург, спрашивает: вопрос Невзорову. Вы подвергли здравой критике коррумпированное казенное православие вынеся их как карикатуру, но скажите, какую часть элиты вы представляете? Какую, как он считает, тоталитарную идеологию вы поддерживаете?

Невзоров: Я не поддерживаю никакой тоталитарной идеологии, я не отношу себя абсолютно ни к какой элите. Мне абсолютно безразлична политика и различные стратегемы, я этим занимаюсь иногда, в особых, специальных случаях. Вообще я абсолютно аполитичен, и скажем так, не хотел бы никогда возвращаться в весь этот мир.

Ведущий: У нас остается порядка 30 секунд. Александр Невзоров у нас в эфире. И напоследок, может начнете отвечать, почему стали защищать вот этих женщин из «Пусси Райт», которые в тюрьме сейчас находятся?

Невзоров: Ну, я вообще считаю, что Гундяев, Чаплин, и все, кто имел отношение к их заключению, должны поехать и извиниться перед этими девчонками и постараться компенсировать их тот кошмар и позор, на который они их обрекли.

Ведущий: У меня такой вопрос: Ваше отношение к губернатору Георгию Полтавченко, который сменил Валентину Матвиенко, каким-то странным образом, поспешно. Каково сейчас, по прошествии времени, ваше отношение к этому градоначальнику?

Невзоров: Ну, я успешно борюсь с симпатией к нему, которая у меня поначалу была, потому что вижу маразм Смольного, понимаю, что вот это послушное подписание совершенно бессмысленных законов странного происхождения, та глупость, которая творится в Петербурге, когда мы видим, что глухо покрываются слоями асфальта разводные мосты исключительно по той причине, что в команду набираются люди по признаку не опыта хозяйственной или иной работы, а по принципу, вероятно, схожести или принадлежности к той же религиозной группировке. Пока мне сложно определиться, а необходимости определяться у меня нет, потому что была один раз, то что называется прошедшая команда по Полтавченко, но потом она была отменена и никаких действий публицистического или полемического характера предпринимать не пришлось, и мне не пришлось интересоваться этой фигурой.

Ведущий: То есть заказа не поступало.

Невзоров: Нет, не поступало. То есть, поступил, но был с удивительной скоростью отменен.

<…>

Ведущий: В чате Марина пишет. Помнится, он (имеется в виду Вы) сильно дружил с предыдущим митрополитом Петерубрга, откуда же такое перерождение отношения к РПЦ сейчас, неужели заказ?

Невзоров: Я думаю, Марине совершенно не надо знать о том, кем был Иван Матвеевич Сычев и о чем мы с ним беседовали.

Ведущий: Меня зовут Борис. Вот Александр Глебович сказал, что необходима идеологическая подложка такая под протесты, а разве такой подложкой не является требование правового государства?

Невзоров: Нет, не является. Это, к сожалению, фразеология и не более того. Я вот всех отправляю к Писареву, Чернышевскому, Добролюбову, Бакунину, Кропоткину и ко всем остальным. Ведь сперва нужно не требовать, сперва нужно расшатать идеологические устои существующие. Это серьезная работа. Просто требования просто повиснут в воздухе и никогда не будут восприняты никем всерьез. Ситуация, когда вы путем долгой и сложной, серьезной работы создаете невозможность дальнейшего  существования вот такой власти, причем очевидную для большинства, вот тогда вы можете возглавлять любые процесс и выставлять любые требования, они будут поняты и поддержаны.

<…>

No Comments

Leave a Reply

Nevzorov.TV