Невзоров. Невзоровские среды. 04.08.2021 Олимпиада, Роскосмос, пожары, курорты, плебс и Байден

О.Журавлева― Всем привет! Мы снова с вами. Ольга Журавлева из Москвы, а из Петербурга, из самой «Гельвеции» Александр Невзоров. Здравствуйте, Александр Глебович!

А.Невзоров― Мое глубочайшее почтение. Привет.

Путину, конечно, пора походить на какие-нибудь курсы начинающего диктатора и немножко подучиться.

А.Невзоров― Да, да. Почитать Светония, чтобы понять, как должен вести себя настоящий большой, сортовой диктатор. Потому что ну ладно, понятно, решили строить диктатуру, но зачем же делать все так же убого и ужасно, как делается всё. Хотя бы диктатуру они могли ненадолго сделать нормально? А то такой дерибас, как будто бы ее мастерили слесаря из Роскосмоса.

И он должен, конечно, понять, что нельзя своему личному электорату так плевать на макушки, как он плюнул на этих днях. Потому что база электоральная сужается, ценить надо. И вот сейчас, я думаю, «Единая Россия» и Путин взяли и отстригли себе, я думаю, как минимум полтора процента голосов. Это немного. И тоже, в общем, очень приятно. Но, тем не менее, это сделано было сделано слишком высокой ценой для всех. Потому что если есть такая звериная страсть сохранять эту всем осточертевшую власть, но надо хотя бы не делать грубых ошибок.

Кстати, я выписал потрясающую штуку, это не имеет к тексту отношения. Смотри, у меня есть приятели в Англии, которые занимаются изданием Большой британской энциклопедии. И мы с ними переписываемся. Они пишут мне: «Глебыч, нам сейчас нужно давать характеристику России. Мы решили взять из Британской энциклопедии 1782 года издания. Подходит идеально. Описание Британской энциклопедией России: «Очень большое царство Европы, населенное очень жестокими, агрессивными, пьяными дикарями под управлением порочного и деспотичного правительства». Это 1782 год. Но это не важно.

Когда я говорю о том, что Путин совершает непростительные для зрелого диктатора ошибки, я говорю о том, что принят был исключительный по своему бесстыдству, глупости и наглости закон о праве депутатов «Единой России», самых богатых из них убивать ради забавы редких, умирающих уникальных зверей, внесенных в Красную книгу. Всё, как бы это принято и подписано. Причем все вносители и все представители закона – это члены закрытых пафосных охотничьих клубов. То есть закон принят абсолютно нескрываемо в их интересах.

И это те ребята, которым надоело уже валить обычных русских медвежат, скучных российских уточек кряквачек и ломать капканами волчатам ноги. Вот надоело. У них душа просит какой-нибудь экзотики. Из-за вируса всякая Африка частично закрыта, частично осложнена, на не у всех еще самолеты долетают до Африки, им еще надо один срок как минимум поработать на самолет получше.

И вот если «закон Димы Яковлева» был вполне справедливо назван законов подлецов, то этот закон о праве убийства краснокнижных животных должен называться «законом баранов». Почему? Потому что, оказывается, там у них, в этих закрытых охотничьих клубах есть потрясающие табели о рангах по числу убитых редких животных. И есть «бриллиантовые бараны», есть платиновые, есть золотые. Причем вот графа «бриллиантовый баран», и там набор фамилий депутатских, «платиновый баран» – другой набор.

Просто возьмите, сейчас откройте интернет и посмотрите на лицо безоарового козла, какое это чудо или снежного барана редчайшего; посмотрите на тувинского бобра, который тоже вымирает или кота манула. И потом откройте интернет и посмотрите на бриллиантовых баранов, посмотрите на их лица. Найдите фото инициаторов закона – это очень просто. А потом для сравнения откройте фото путоранского барана и сравните баранов. Вот сколько благородства, ума, тревоги у путоранского и сколько бессмыслицы у думского.

Почему они хотя бы не равны в правах? Почему путинские бараны распоряжаются судьбами путоранских, хотя все должно быть было строго наоборот? Путоранский – это редчайший исчезающий, уникальный вид. Вообще, он эндемик, его больше нет нигде. А таких, как депутаты путинской России, режим разводит уже тысячами, и карабины почему-то у них, а не у путоранских баранов. Вот открыли и видите потрясающие физиономии подлинных баранов – безоарового и путоранского, – то это то немногое, чем реально может гордиться Россия. А вот красокнижный зверь – гордость, а депутатские рожи – это, конечно, позор абсолютнейший.

О.Журавлева― Ну Александр Глебович, простите, разверните ваши идею, почему это неправильно и глупо по отношению к самой диктатуре?

А.Невзоров― Почему? Ну вот смотри, эту мерзость, конечно, надо было принимать после выборов. Но они не смогли удержаться. Им не терпится, у них карабины по 200 тысяч евро зудят в сейфах и просятся на какую-нибудь запретную охоту. Но допущена ошибка. Впервые Путин посягнул на свой собственный электорат и наехал на его интересы. Потому что в России 5,5 миллионов охотников. Понятно, что это кошмарное хобби, но понятно, что это люди в основном преданные ему и очень бедные, которые считают, могут ли они заплатить за путевку, за лицензию, которые сидят целыми днями рубятся сейчас в сайтах, какие патроны сейчас дешевле – самокрут или техкриовские фабричные, есть ли деньги на резиновые сапоги.

И вдруг они узнают, что да, она в законе, эта каста других охотников, которые могут платить любые деньги за свои проказы. Потому что вообще настоящая диктатура, она всегда должна и может опираться только на плебс. Диктатур, которые опираются на интеллигенцию, на какую-то интеллектуальную часть общества, не существует.

И вот задача диктатуры – очень чутко следовать капризам плебса и уметь следовать всем его изгибам, потому что чем точнее она попадает в эти изгибы, тем она проще. Если она не попадает в настроение своего плебса, на который опирается, то даже 700 тысяч Росгвардии не спасут и не гарантируют от взрыва. То есть плебс сердить нельзя. Вот это интеллигенция создана для того, чтобы над ней издеваться, а интересы плебса нужно, в общем, обязательно учитывать.

И Кремль, кажется, даже этого не умеет. Он абсолютно расслабился, он ничего, увы, непоправимого для себя, конечно, не совершил, но все равно это стратегическая ошибка, которая показывает неумение ориентироваться в пространстве. И понятно, что, например, плебсу «закон Димы Яковлева» был абсолютно безразличен, он потряс подлостью только думающую часть населения России. А народу по большому счету до этих сирот дела-то никакого нет, им пофигу. Потому что пусть эти ущербные детишки вместе со всеми бултыхаются в этом дерьме и в нем тонут, а то, понимаешь, вот он, народ сидит в деревянном сортире с фингалом от участкового под глазом, стирает в реке; прямо ему в морду брызжет Соловьев со всех экранов, а какие-то там детишки детдомовские будут по Лос-Анджелесам сомбреро примерять и играть в какие-то гольфы. Нет вам, хрен, сироты убогие. И в этом смысле, конечно, вполне молчаливо одобренный народом закон, вполне себе народный.

Равно, как и разгром прессы. Уже почти полная ликвидация свободы слова и ликвидация правосудия. Это все народу пофиг, это в другом мире. Потому что в России свобода слова нужна только тем, кто на ней зарабатывает, либо тем немногочисленным потребителям, число которых ограничено миллионом, полутора человек. То есть это забава – свобода слова. Это примерно как закон о праве на сбор крыжовника. То есть кто занимается сбором крыжовника, того это и волнует, а всем остальным это абсолютно по барабану. А гражданские свободы для народа – это вообще как мартышке очки. Народ понятия не имеет, что делать с этими гражданскими свободами. Да, как это применить.

О.Журавлева― Я с вами не соглашусь в одном. Если бы такая логика работала, что глубинным людям хорошо, то, соответственно, и делать, тогда надо было бы медицину, которая касается абсолютно всякого народа, с которой сталкивается практически любой, как-то поднять на невероятную высоту. А что мы видим? Тоже, получается, не делают

А.Невзоров― Пока не появился закон, который лишает права вообще на любое медицинское обслуживание.

О.Журавлева― Ах, в этом смысле! Благодарю.

А.Невзоров― Мы только видим, что по медицине взад и вперед ползает Мурашко, что уже само по себе не является оптимистической картиной. Но вот, например, гражданская свобода, которая отобрана у народа, ведь эта гражданская свобода обязывает к свершению массы некомфортных поступков. Потому что это надо суметь в нужную минуту разорвать на себе тельник, нужно суметь в нужную минуту генералу, который тебя ударил по лицу, дать в ответ в морду. Это надо не стерпеть, когда омоновец бьет при тебе женщину в живот. Это вообще масса проблем, которые люди не любят.

И вот все то, что в течение последних 15 лет последовательно отбиралось у дорогих россиян, это было им, в принципе, нафиг не нужно. Они не терпилы. У них просто отобрали то, что случайно досталось в 90-е. Но им не нужна ни свобода слова, ни Конституция, ни выборы, ни правосудие, ничего важного у народа путинский режим не отобрал. Все ему как пятая нога.

Но в данном случае как бы народу впервые прямо плюнуто в лицо. И все это произошло только потому, что кому-то не терпится. И плебс ведь абсолютно не смущает, что Россию ненавидит весь мир. Прямо как из Британской энциклопедии статья. Более того, ему это нравится. Он в восторге. Этот восторг ему заменяет очень многое. Ему в утешение дают ощущение гордости за принадлежность к агрессивному и опасному стаду, к таким оркам человечества. И вообще народу свобода слова абсолютно не нужна. Ему достаточно, чтобы была возможность пообсуждать шпагаты Волочковой, глубины эстрадных вагин, свадьбу Собчак.

А большей свободы слова ему и не надо. Он ведь на то, как и плебс, что его даже собственная судьба не сильно беспокоит, потому что именно безмыслие делает его плебсом, а уж, разумеется, не какое-то происхождение и, тем более, не профессия. Он не любит, не умеет напрягаться мысленно и очень не любит любую информацию, которая доставляет ему дискомфорт.

Ладно, я что-то увлекся страстью.

О.Журавлева― Да, вы сегодня что-то темпераментны. Для тех, кого интересует, пальто упало в 21-16 по Москве. Продолжаем. Давайте обратимся к нашей гордости.

А.Невзоров― К Роскосмосу, например. Это очень крепкая, исключительно крепкая контора. Потому что любая другая корпорация в любом другом уголке земли или в любом другом государстве немедленно бы рухнула, конечно, под тяжестью скандала и позора, особенно последнего. Мы знаем, что эта «Наука», так называемый модуль, она превзошла по мощи и красоте все скандалы. Но на Роскосмос тяжесть, я думаю, ляжет только в виде новых орденов, которые получит Рогозин в утешение и в знак преодоления новых трудностей.

Вообще, все это напоминает… помнишь, был такой старичок-педофил по фамилии Кутузов, который взял проиграл Бородинскую битву, бросил всех раненных на поле боя, отдал Москву, отступил, но рапортовал о победе. И немедленно получил бриллиантовую табакерку и кучу всяких плюшек поменьше, но таких же приятных.

Вот сейчас в этом скандале с «Наукой» у нас есть факт явления Болта народу. Вот тайна летающего Болта…

О.Журавлева― Но там еще был факт запущенного двигателя, который запустился автоматически.

А.Невзоров― Это да, об этом я подробно говорил в «Наповале». Я тебе прислал, кстати. Я не хочу повторятся. Вот у нас есть тайны летающего болта. И собрана комиссия, которая будет состоять из крупнейших болтоведов, болтологов, просто болтунов, чтобы выяснить, откуда эта хрень прилетела, что ею было закреплено, и что может отлететь в результате отлета болта. Ну, и заодно будет эта комиссия выяснять, почему эта хреновина древняя под названием модуль «Наука», непроизвольно запускается, и выяснить, собирается ли она это делать впредь, если да, то когда. «Наука» молчит, она не дает ответа. И вероятно, надо будет уже набирать в штат Роскосмоса потомственных гадателей и каких-нибудь ведьм.

О том, что она непроизвольно может запустит двигатели, что она брак, действительно было подробно все описано и рассказано в «Наповале». Американцы, они вообще благородно промолчали. Они не то чтобы промолчали, они просто до сих пор не могут придти в себя от испуга, потому что ведь это только так звучит: «Ну, вот там немножко двигатели включились, и штучка стала разворачиваться». Штучка МКС – это 419 тонн, не считая этих всех ушей с солнечными батареями. И все астронавигационные приборы нацелены четко были в очень стабильном положении, то есть все настройки сбиты. То есть Роскосмос, он вступил в обратную гонку. Вот американцы стремятся туда, а у Роскосмоса, оказывается, другой ориентир.

Я тебя просил ознакомиться с замечательной программой, о которой уже никто не помнит. Была программа под названием «Афронавты».

О.Журавлева― Ознакомилась, Александр Глебович.

А.Невзоров― Ты понимаешь, что я ничего не придумал?

О.Журавлева― Нет, абсолютно.

А.Невзоров― Я и не просил тебя. В это трудно проверить, но это в Замбии примерно в 60-х годах прошлого века, наглядевшись на успехи СССР и Америки, Замбия решила переплюнуть эти две маленькие страны и стала готовить своих афронавтов в восмос. Возглавлял эту программу директор Национальной академии наук Эдвард Макука Нколосо. Это был свой замбийский Рогозин. Вот для того, чтобы подготовить афронавтов, он придумал упражнение. Он заставлял их по несколько часов ходить на руках, потому что был убежден, что по Марсу можно передвигаться только таким образом; проводить много суток в железной бочке. Бочку запаивали и оставляли на жаре для того, чтобы будущий афронавт привык к перегреву, который возможно при вхождении в плотные слои атмосферы. Бочки сбрасывали с 15-метровой высоты с горы для того, чтобы приучить афронавтов к невесомости.

Вы можете все тоже ознакомиться, там даже есть хроники всех этих проделок с бочками.

О.Журавлева― Первая официальная афронатка вообще-то была 17-летней девушкой и не смогла полететь, потому что забеременела и уехала к родителям в деревню.

А.Невзоров― Да. Но с ней должны были, Оля, полететь два кота.

О.Журавлева― Самые бесполезные в жизни – кто? – девушка и кот.

А.Невзоров― Для того, чтобы их выпустить на Марсе первыми и выяснить, выживут ли коты, и тогда можно будет из бочки выходить девушке. Это на полном серьезе. И очень много прессы по этому поводу.

Но я тебе могу сказать, несмотря на это все, иногда очень трудно не любить Россию. Потому что помимо русских хакеров, которые, несомненно, лучшие в мире, есть, оказывается, есть особая порода русских профессиональных курортников. Есть слабаки. Сейчас, громыхая трехтонными чемоданами, они с воем где-то, рассыпая по дороге своих детей, мечутся по улицам турецких городов, ищут спасения, самолетов, эвакуации. В каждой девушке, которая пляшет калинку, они мечтают увидеть Машу Захарову, которую Родина прислала, чтобы их спасти. Они бросили свои позиции возле лежаков. Они оставили свои посты возле барных стоек. Они предали священный all inclusive, они не выдержали этого облизывания огнем и дымового удушения и просто поддались панике. Они действительно суетятся и паникуют.

Но, оказывается, есть другой подвид отдыхающих. Потому что настоящие курортники, которых ковид и локдаун довели до ручки, лишив турецких курортов – турецкий курорт давно стал русским национальным наркотиком, – они едут в это турецкое пламя, они заселяются в уже горящие отели, брошенные даже обслугой, и требуют ключи от номера. Их легко узнать в аэропорту, они, как правило, с личными огнетушителями, асбестовые купальники и панамы. Они готовы ко всему. Уже на месте они натираются средствами – знаешь, есть такие средства, которыми пропитывают строительную древесину, чтобы она стала не огнеопасной, она используется для срубов, бань, стропил. Они еще натрутся, они еще и выпьют ее, чтобы обезопасить внутренние органы от перегрева. И вот при этом они начинаются наслаждаться отдыхом, не забывая своих детей из горячего пепла периодически выкапывать, а дети там быстро доходят до кондиции печеной картошки.

Но действительно, мы видим брошенные отели, и мы видим, что оставлены лучшие номера пугливыми немцам, всякими датчанами. А вот настоящий русский курортник, который приехал из страны, где каждый третий огонь – вечный, он чувствует себя очень комфортно. И вот среди отблесков ада, преисподней в порхающем пепле нажраться на шведском столе и бухнуться в почти кипящий бассейн. Им повезло, потому что как раз в это время туда прилетел еще какой-то метеорит.

Им пофигу этот пожар. Вообще русские привыкли к пожарам относиться так же философично, как и к московскому пожару в свое время. Ну горит – и фиг с ним. Вот у нас сейчас сгорела Якутия. Бывает. Ну два миллиона гектаров. Телевизор успокаивает, объясняя, что несгораемых республик вообще не бывает. А сделали Якутию с нарушением противопожарных норм. И сейчас производятся плановые работы, то есть проливка, разборка республики. Устанавливаются причины. На месте, оставшемся от республики, будут работать дознаватели. Вероятно, дело в электропроводке, потому что следов теракта нет. Не родились еще террористы, которые могут устроить такое. И зачем террористы, когда есть районная, местная и краевая администрация.

О.Журавлева― Александр Глебович, я согласна с вами, что русский турист все-таки сильно отличается от всякого другого. Вспомните, когда были какие-то серьезные беспорядки вплоть до революций, цунами, все что угодно, в разных курортных местах…

А.Невзоров― Они надевали бронежилеты, акваланги и все равно ехали туда, вот как сейчас, оказывается, прутся, ломятся и платят любые деньги и направляются в эту вожделенную для них Турцию.

О.Журавлева― Я еще хотела вас спросить, почему, как вы думаете, на пожары в Турции Путин обещает послать помощь, а на пожары в Якутии и в Карелии как-то ничего не обещает. В чем здесь парадокс?

А.Невзоров― Как только начал гореть какой-то поповник, то туда немедленно были брошены все силы.

О.Журавлева― А лес – это как бы неважно.

А.Невзоров― Лес – это совершенно неважно. И к тому же Якутию спасать уже поздно. Сейчас гораздо проще нанять 50 академиков, которые напишут, что эти пожары неизбежны, и вообще живительны и благотворны.

Я хочу использовать последние 15 секунд, поблагодарить всех, кто меня поздравил с днем рождения. Это было очень мило, трогательно, и я даже расчувствовался. Но мы сейчас продолжим.

О.Журавлева― Да, мы продолжим после новостей. Это Александр Невзоров, Ольга Журавлева. «Невзоровские среды» вернутся к вам, как только вы послушаете новости.

НОВОСТИ

О.Журавлева― Мы снова с вами – Александр Невзоров, Ольга Журавлева. Александр Глебович, а давайте про «спорт – ты мир», поговорим.

А.Невзоров― Да, спорт и мир. Я сперва должен сказать, что вообще неизвестно, как что будет в ближайшие полтора месяца. Может быть, мы вообще последние глотки свободного воздуха вдыхаем. И мы решили, например, с моим оппонентом вечным Максом Шевченко устроить такие веселые зарубы, веселые фехтования. Это будет происходить мостом – я из «Гельвеции», он в Москве. Называться это будет «Плохой, хороший, злой», потому что там будет, конечно, участвовать Стасик Белковский в виде рефери.

О.Журавлева― Хороший, плохой, злой – отлично!

А.Невзоров― Кто плохой, кто хороший, кто злой – определят сами зрители. И более того, Стасик будет вбрасывать тему по своему усмотрению. Я подозреваю, что будет какая-то чудовищная чушь. Он это любит. Но вот в ближайшую пятницу билет можно будет, кстати, на сайте «Невзоров ТВ» купить.

О.Журавлева― Переходим от борьбы, так сказать, нанайских мальчиков…

А.Невзоров― Вот смотри, у нас есть тема: «Трансы на Олимпиаде». Это тема, которая занимает сейчас очень многих – трансгендеры. Мир очень мерзко злорадствовал, когда наблюдал фиаско смешной полутетки, которая долго возилась со своей штангой, ничего у нее не получилось. Это было, правда, так живописно, как слоновьи роды. Это правда. И ради этого стоило посмотреть. Но потом на крыльях уже всемирного скандала в историю спорта вспорхнула девушка… непонятно, девушка, не девушка – очаровательное существо по фамилии…, пол которой установить невозможно никому.

О.Журавлева― Уже была такая легкоатлетка или легкоатлет, с которым не очень было ясно. Всякие казусы бывают.

А.Невзоров― Было не очень ясно, но путем оттягивания резинки трусов можно было докопаться до истины.

О.Журавлева― Нет, это тоже не работает.

А.Невзоров― Там комиссия краснела, но по очереди… Знаешь, как нового папу выбрали, его обязательно сажают после того, как его утвердят, на стул, в котором прорезана дырка…

О.Журавлева― Чтобы проверить, не папесса ли это Иоанна.

А.Невзоров― Папа поднимает верхнюю одежду и под ним проходят кардиналы, задумчивая разглядывая свешивающиеся лиловые яйца, если таковые есть.

Я сейчас думаю, что вот эти трансгендеры всех разновидностей, они могут в принципе спасти мировой спорт, потому что появление этих загадочных существо, оно вносит хоть какое-то разнообразие в эту тоску бесконечных приседаний приевшихся, плесканий, кувырочков, барахтаний, побегушек. Появляется у спорта некоторый пульс, появляется некоторое биение. Ну трансгендеры, понятное дело, что станут общим местом. Они будут совершенно привычные лет через 10. Потому что манипуляции с собственным полом, они в общем доступны финансово, и появится огромное количество людей, которые со временем решат, что путешествие в другой пол – это даже интересней, чем в Турцию. Это даже интересней, чем на Памир. Почему бы и нет, собственно говоря? Я тоже считаю, пусть они развлекаются, пусть ищут острых ощущений. У меня будет замечательный материал для наблюдений.

Ну и глупо, наверное, роду Хомо запираться в двух каких-то полах, когда в природе существует их гораздо больше и когда есть животные, которые вообще быстро меняют пол в зависимости от ситуации.

О.Журавлева― И даже от температуры окружающей среды.

А.Невзоров― Да, да, каракатицы всякие, всякие подвязочные змеи, рыба-клоун. Кстати, чем Жириновский хуже, чем рыба-клоун? Неужели он не заслужил какого-то набора новых ощущений, которые могли бы его взбодрить и дать ему еще лет 10 активной политической жизни. Была бы очаровательная старушка в кружевах с камеей, такой «пиковый дам», была бы такая либерально-дамократическая партия России, она протянула бы еще довольно долго.

О.Журавлева― Артист обязан переодеваться, как говорится.

А.Невзоров― Конечно. Да и вообще для очень многих русских политиков возможность сменить пол, она бы позволила, наконец, им выйти замуж и успокоиться. Это было бы тоже значительно лучше для всех.

То есть и на Олимпиаде лет через 10 это все приестся, и удивить трансгендером будет сложно. Потому что в России пока у нас мы видим, что трансгендерство процветает, но такое, политическое. То есть единороссы пришивают себе какие органы, чтобы быть похожими немножко на «Яблоко», а «Справедливая Россия» себе органы публично удаляет. И жалко только, что эти нервозные дрязги, они втянули таких почтенных людей типа Миронова. Этот старенький бородатый мебель, он вполне заслужил, чтобы спокойно завернуться в три слоя ваты и оцепенеть на ближайшие 4 парламентских года.

А вот кому точно пора менять пол, так это Зюганову. Потому что это единственное, что его может сейчас спасти. Как у него мила, Оля, едет крыша! Вот не всякий, только Геннадий Андреевич мог спятить так изящно. И я понимаю, что за его поступком стоит школа красавца Проханова. Так или иначе, но именно Зюганов первым взобрался на русский Эверест идиотизма. Эверест достигнут, и там укреплено красное знамя и врыт бюстик Ленина. Я о чем говорю – что коммунисты сняли и предъявили ролик, где главным агитатором за их партию выступает «скопинский маньяк» Мохов. Нет, разны показания, разные коммунисты, которые не успели сговориться между собой. Кто-то отрицает участие партии, кто-то признает за Моховым право агитировать за кого угодно, но, тем не менее, Мохов в маечке с надписью КПРФ и в такой же кепочке долго распространяется о своей любви и привязанности к Зюганову, Ленину, Троцкому и всем остальным. У них, кстати, очень много общего…

О.Журавлева― Маньяк маньяка видит издалека, извините.

А.Невзоров― Потом, этот опыт подвального заточения у публики, у коммунистов тоже достаточно большой. И Мохову тоже есть, что здесь сказать. Мохов, кстати, получил за всю эту историю 10 суток почему-то, по непонятной причине. А те, кто его на это подтолкнули, то есть коммунисты, не получили ничего.

О.Журавлева― А вы не допускаете мысль, что это какие-то пронырливые оппоненты?

А.Невзоров― Нет. Потому что немедленно после этого высокие чины Коммунистической партии сказали, что да, это возможно, и это прекрасно и необходимо давать слово всем, кто хочет поддержать. И только потом, увидев резонанс, и поняв, насколько велик и страшен скандал, они стали потихонечку отползать.

Потом, смотри, кому еще можно было бы сменить пол. У нас есть Стерлигов. У нас есть знаменитый Стерлигов, который хитрейший тип. Он не полный дурак, он прикидывается идиотом. Потому что идиот – это лучшая репутация в путинской России. Так вот если будешь убедительно прикидываться, могут назначить министром культуры.

О.Журавлева― То есть полезным идиотом.

А.Невзоров― Вот Стерлигов – это такая особая категория публики, потому что у него как бы мозг с виду давно пошел на удобрение для бороды, там бородища невероятная. И он опустошил себя молитвами, но вот тут он затопил интернет двухминутным монологом о том, как хорошо, что будут отдельные женские вагоны в метро. Как не хочется соприкасаться с женской нечистотой. И он как начал про менструации на две минуты, о том, как ему противно, что 25% точно в этой женской нечистоте… Причем рассуждал о месячных, у него слюна текла. Он как старый вампир говорил о крови и столько тоски, боли, что даже мне захотелось скинуться ему на смену пола, чтобы у него появились бы свои, и он забыл бы свою тоску.О.Журавлева― Чтобы он кайфанул, наконец.

Давайте, может быть, вернемся, может быть, в спорт, потому что всех волнует история с белорусской атлеткой Кристиной Тимановской. Как раз сейчас в новостях сказали, что ее самолет сел в Вене. Вырвалась на свободу. Что это было, Александр Глебович?

А.Невзоров― Да, она вырвалась на свободу. Причем я тебе могу сказать, что она действительно никогда не была оппозиционеркой, она никогда не была БЧБ. Если бы она была БЧБ (бело-червоно-белая), то она бы никогда не попала на Олимпиаду, потому что отсев там был жесточайший. Она действительно занималась своим спортом. Но причина той трагедии и того скандала, которые свершились на Олимпиаде, была не столько в ее критике, которую она позволила себе в Инстаграме, сколько в том, что она в первый раз войдя в столовую, она при близких подругах сказала, что вот как хорошо побывать в месте, где нет тараканов. Может быть, она ничего и не имела в виду. Но не надо было при подругах так громко этого говорить. Потому что в Беларуси на слове «таракан» сейчас решительный сдвиг.

Вот что вы смеетесь? Смотрите…

О.Журавлева― Вы приложили к этому, Александр Глебович, немало усилий.

А.Невзоров― Чекистские прослушки мобильников, у них поставлены специальные маяки на тараканов, на слово «таракан». В соцсетях фильтры на слово «таракан». И более того, у меня есть абсолютно достоверная информация с окраин Минска. Там обнаружили рекламный билборд средства против тараканов. Средство называется, кажется, «Вулкан». Там стихи: «Бери за шкирку таракана и в жерло отправляй вулкана». Такие незатейливые стихи с окраины Минска. Как только это кто-то увидел и куда надо позвонил – сорвались КГБ, ОМОН, какая-то шушера в штатском, и началась секретная войсковая операция. Район оцепили, подогнали вышки. Билборд немедленно закрасили, арестовали 8 человек, в том числе дизайнера и допрашивали его на протяжении суток.

Ну извилины в Беларуси нынче не в моде, потому что все стараются быть похожи на вождя. Их не носят, они просто все диэнцефальны как новорожденные лисята. Поэтому допрашивали дизайнера – я знаю это от самого дизайнера – со всей прямотой и очень обстоятельно. И торговца средством допрашивали, но в основном дизайнера.

К нему были вопросы следующие: «Что вы имели в виду? Чем вам не нравятся тараканы? Откуда столько ненависти к родной стране и ее успехам? Это был третий вопрос, но он был задан. Более того, провели искусствоведческую экспертизу, не заложено в лице таракана, умирающего на билборде портретного сходства с национальным лидером. 4 искусствоведа потели долго и выискивали портретное сходство.

О.Журавлева― Самое ужасное, что в это веришь, что жизнь такова.

А.Невзоров― Так подожди, это такая же история, как афронавты эти. Я тебе сегодня вечером спокойно пришлю нашу переписку.

О.Журавлева― Да нет, я понимаю. Чуковского-то изъяли из продажи, я надеюсь, Корнея-то Ивановича?

А.Невзоров― Я думаю, что да. Но по крайней мере, средства против тараканов в Беларуси сейчас будут запрещены все. Потому что там ведь действительно такой колорадский жук, у него страсть грызть картофель и шевелить усами. Вероятно, просто вместо мозга – пара ганглиев и грибовидное тело.

На той же самой Олимпиаде отличился, конечно, и русский спортсмен, потому что как только ему задали первый острый, сильный, интересный, великолепный вопрос, уютно ли он себя чувствует в качестве наследника читеров – вот этих обманщиков, которые добавляют себе жизнь, добавляют себе прав, на которые не имеют… он немедленно устраивает истерику и сразу понятно, откуда парень приехал, из какой страны – из такой страны, где, увидев горящую заживо журналистку, подходят погреть руки, сделать шашлычок, где принято громить редакции, я имею в виду в данном случае Россию. А вопрос-то был великолепный. Потому что на протяжении 10 или 12 олимпиад советский спорт да, он обманывал всех. Творилась дикость. И такой накаченности допингом никто не мог больше обеспечить, потому что ни в один спорт, ни в один спорт другой страны не был так сильно внедрен КГБ…

О.Журавлева― Ну когда-то про спортсменов из ГДР тоже интересное рассказывали, и про китайцев тоже.

А.Невзоров― Так это всё то же самое было. Китайцы просто еще не построили своего КГБ на тот момент и пользовались нашим. Американцы стеснялись. И вот эти все сегодняшние олимпиадчики – это прямые наследники жуликов и славы жуликов нескольких, поколений спортивных жуликов. И надо иметь какое-то минимальное мужество нести это бремя. И вопрос про читерство был задан блестяще. И ответом требование убрать, удалить, чтобы больше никогда… там, по-моему, был из Перу…

О.Журавлева― Из Чили.

А.Невзоров― Да, чилийского журналиста Себастьяна Намиа никогда бы не было. Притом, что этот Себастьян, он не задал никакого личного вопроса. Он не спросил спортсмена-теннисиста об опрелостях зада или не интересовался, где похоронен его кот. Он задал вопрос, который имеет прямое отношение к происходящим событиям и прямое отношение к реакции российских спортсменов на ту тяжелую славу, которая им досталась. И понятно, что спортсменов могли бы подготовить…

О.Журавлева― Их подготовили. Инструкция же был, вы что, Александр Глебович? Здесь гордо отвернись, тут сплюнь через левое плечо. Там все было прописано. Просто невнимательно готовились спортсмены.

А.Невзоров― Этот спортсмен по фамилии, по-моему, Медведев, допустил большой пожар шапки, она вспыхнула на нем сразу и очень ярко. После этого он продул испанцу и нафиг выбыл. Вообще, чего они там радуются на каком-то уже шестом совершенно не рейтинговом месте, непонятно. Потому что, имея на лбу это выжженное клеймо допинговых жуликов, российские спортсмены обижаются, когда не пойманные на допинге, отзываются о них с брезгливостью. Понятно, что все хороши, но одних ловят, других не ловят.

У нас тут есть новость про то, что Союз журналистов Беларуси прервал всякие отношения с международными журналистскими организациями и всякие контакты заморозил. Вероятно, очень скоро нечто подобное будет в России. потому что ведь Беларусь сегодня – это та лаборатория, где, как они выражаются, на мышах отрабатываются методы тотальной диктатуры. Отрабатывают в основном методом тыка, то есть очень трусливенько. Любая диктатура знает, что детонатор народного гнева есть и те растяжки, которые ведут к этим детонаторам, установить невозможно. Политологов, даже гадалок спрашивать бесполезно, этого никто не знает. И от какого неверного шага это все может рвануть, тоже никто не понимает.

Режим очень плохо знает народ, что белорусский режим, что российский. И просто если заденет, то конечно сработает эта угрюмая мина народного гнева, и не спасут никакие Росгвардии в этом случае. И это не обязательно цены, не обязательно бытовые примитивные вопросы. Никто не понимает, что это может быть. И вообще проблема всякой диктатуры в том, что она периодически обречена сказываться в совершенно несолидную мелкую уголовку.

Вот «синие трусы» – это все-таки была масштабная операция, там куча агентуры, слежка, самолеты, поезда, пароходы. А вот белорусский КГБ решает вопросы с такой колхозной непосредственностью. Вот обнаружили, мы знаем, Виталия Шишова в Киеве. Самоубийством там не пахнет. Я немножко этого парня знаю. Человек был на пробежке. Парк, спортивный костюм. Никаких записок. Сломан нос, потому что, вероятно, его оглушили для того, чтобы засунуть в петлю. Повесили. У него было прозвищ. Он был мам. Он был мам белорусских беженцев. Вот всех, кого удавалось вырваться из Беларуси в Киев… он был такой добрейший парень, абсолютно помешенный на всяких глупостях типа мирных протестов, шариков, веры в самоиспарение Лукашенко, в прозрение ОМОНов.

Он особо-то не занимался политикой, что бы ни говорили. Это я точно знаю. Он в основном сердобольничал, чего-то хлопотал, размещал беженцев, искал для них теплые вещи, денежку для тех, кто вырывался из этого картофельного ада без всяких средств. Таскал детское питание, клянчил его у жадных киевских организаций. Пристраивал по садикам детей беженцев. То есть добрейший был на самом деле человек. Он шутил, правда, что он наблюдает за собой слежку во время утренних пробежек в парке, но поскольку он был неполитической фигурой, а гуманитарно-хозяйственной, он не очень беспокоился. Вот, собственно, его взяли и повесили. И понятно, что это безусловно почерк этих примитивных структур.

И вместе с тем выяснилось, что вспышек гнева народного это не порождает. И возможно, кстати, и в России скоро, проходя по лесопарку, надо будет внимательно смотреть по сторонам, чтобы не задело бы чьими-нибудь ногами. Потому что я ведь тоже понимаю: нога рука бойцов сажать устала. И метод, в общем, апробировал достаточно хороший, а публика не только не возмущается, а начинает еще съеживаться и сильней прижимать хвост.

Еще в России придумали два удачных красивы захода. Это проверка театров на Стратегию национальной безопасности. То есть будут ходить с блокнотиками стукачи. Министерство культуры, правда, отреклось. Но значит, они обойдутся без министерства культуры, все очень просто.

И вторая блестящая затея. Ты видела, как виноград давят ногами при получении вина, а вот историю давят задницами. Надо собрать как можно больше генеральских, поповских задниц, усадить их на историю и добиться, чтобы они все начинали синхронно ерзать, выдавливая из этой истории тот самый дряхлый, еще совкового образца гной. Причем обрати внимание на состав тех людей, которые будут надзирать за правильностью понимания истории. Там ведь нет ни полемистов, ни мыслителей, нет даже историков. Там прокуроры, генералы, попы. То есть понятно, что это чисто карательный орган, не настроенный на диалог с мыслящей частью страны и неспособный на этот диалог.

Так вот еще один сажательно-карательный орган, историческая чрезвычайная комиссия – вот они собрались, сели этими задами, надавят сейчас этот сусального гноя из этой истории. Там же где-нибудь свой многострадальный задишко пристроит и бывший министр культуры, и главный министр истории Мединский. «Историю в жизнь». «Можем повторить». Картинка лаптей. Он еще сам будет генералам за давать тон. А потом, мы знаем, что он будет расфасовывать этот гной по учебникам и продавать. Это очень удачное сочетание бесполезного с неприятным. Но я тебе могу сказать, что как под всяким патриотическим начинаем я тебя оглушу, Журавлева, нафиг цифрами, о которых ты не могла себе даже вообразить.

О.Журавлева― Вы имеете в виду, сколько можно заработать на учебниках и пособиях?

А.Невзоров― Да.

О.Журавлева― О да.

А.Невзоров― Автор, издатель учебника, который будет обязателен для всех школьников, а именно так задумывается шедевр – не кивайте, вы еще не слышали этих цифр – шедевр Мединского по самым скромным подсчетам, при скромненькой для учебника цены в 500 рублей будет зарабатывать 7,5 миллиардов рублей, то есть 5 миллиардов рублей ежегодно чистой прибыли.

О.Журавлева― Александр Глебович, у нас много школьников, у нас много школ. Меня это совершенно не удивляет. Страна у нас большая. Так оно устроено.

А.Невзоров― Конечно.

О.Журавлева― У нас с вами осталось полторы минуты, а вы даже еще про важное не сказали.

А.Невзоров― Ну, вот важное – это у нас, конечно, в Питере подкачали десантники. Подкачали жутко. Ни одного яркого эпизода. Родили полосатые пьяненькие паиньки и ничего не натворили. Но зато Москва какова! Она теперь может утверждать специальный десантный орден за взятие секс-шопа.

О.Журавлева― Ну, это хотя бы мило.

А.Невзоров― Десантники решили побороться за нравственность. Вломились в секс-шоп, разбросали пенисы, все разгромили, разбили витрины. Оторвали ухо продавцу, долго кричали про скрепы, Родину. семью, нравственность. Закончилось тем, что, как выяснилось, украли 7 резиновых вагин.

О.Журавлева― Семья, вы знаете, это святое.

А.Невзоров― Я понимаю. Но, я думаю, что на троих семья из 7 вагин – им трудно будет определиться. Брали бы хотя 6, потому что одна всегда будет спорной. Да.

О.Журавлева― Ладно, Александр Глебович, здесь лучше не углубляться. Здесь лучше проститься.

А.Невзоров― Я хочу сказать, во-первых, братцы в Хабаровске, скоро выборы, у вас там будет баллотироваться Дегтярев. Вы знаете, что делать. Я вам даже ничего говорить не будут. Так что привет, Хабаровск!, Слава Украине! Я, сегодня, кстати, в той самой маечке сборной Украины…

О.Журавлева― В майке «Глебыч».

А.Невзоров― Да, в майке «Глебыч», в майке сборной Украины. И держись, живи, терпи, Беларусь!

О.Журавлева― Александр Невзоров, Ольга Журавлева. Всем спасибо!

Источник: Эхо Москвы

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Нет комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Nevzorov.TV