Невзоров. Невзоровские среды. 7.07.2021 Собянин, Путин, Лукашенко, Меньшов, попы и новые налоги

О.Журавлева― Это «Невзоровские среды». Ольга Журавлева из Москвы. Из Петербурга, из самой «Гельвеции» в белом пиджаке – Александр Невзоров. Здравствуйте, Александр Глебович!

А.Невзоров― Совершенно верно. Оля, я понял, что вакцинация в России точно такая же, как все остальное, то есть бессмысленная и беспощадная. И, как я понимаю, Собянина еще не скоро удастся остановить. Он вошел в раж и может повторить судьбу того бычка, который, выполнив свой бычий долг в отношении коровочек, перешел на зоотехников, агрономов, доярок, с них перешел на трактора, и умер от истощения на КамАЗе, засунув ему свой репродуктор в выхлопную трубу. Я надеюсь, что Собянина именно такая судьба не постигнет.

Но вообще я вам, Оля, скажу, что москвичам сильно повезет, если Собянин никогда и ни от кого не узнает о том, что существует такая очень интересная штука, как ветеринарный шприцеметатель – метатель шприцев называется, пневматический. Он стреляет примерно на расстояние до 40 метров. Он газобаллонный с оптикой. Это, конечно, красотища. Это специальные ветеринарные штуки, которые в зоопарках…

О.Журавлева― Это когда нужно обездвижить какое-нибудь опасное животное.

А.Невзоров― Да. Это в зоопарках используют для усыпления спятивших носорогов. Но это можно использовать и с москвичами тоже, устраивая на них ночные сафари. Употребить для вакцинации уклонистов. Принцип там очень простой: при попадании в тело срабатывают понятные физические силы, как при всяком торможении, и непосредственно поршень шприцевый продолжает движение и впрыскивает в плечо или задницу жертвы любую абсолютно жидкость, включая «Спутник» Можно будет сформировать ночные летучие отряды охотников за ягодицами и плечами.

И главное, будет масса желающих в них вступить, это же огромный соблазн. А если увеличить объем этих газовых баллонов, модернизировать конструкцию эти ветеринарных ружей, то можно быстренько создать шприцеметы с лентой на 150 вакцин, установить на московских колокольнях и сверху уже поливать несознательные толпы. Я думаю, Собянин наденет папаху и лично в этом примет участие. Он вошел, как я понимаю, в этот вакцинаторский раж, так что лучше от него эту информацию спрятать.

А по поводу колокольни я думаю, что за будут и попы и все остальные. Они уже начинают кропить прихожанок «Спутником». Они втирают бедным старушкам, что в Библии, в 7-й книге, если не ошибаюсь, пророка Захарии есть упоминание о спутнике, и это правда. И появились первые, как я знаю, маленькие образки святого Вакциния великомученика, которого огромными шприцами закололи безбожные римляне. И вот уже очень известный своим мастерским умением обожать власть, приторный митрополит сообщил, что за непривитость грозят адские муки. Причем он сообщил это с таким видом, будто он сам там распоряжается температурными режимами котлов в аду, подписывает график работы демонов.

О.Журавлева― Ну а кто?

А.Невзоров― Придумали отличнейший способ отвратить от «Спутника» еще несколько миллионов, потому что на арену этого русского вакцинаторского цирка выпустили еще и попов. И, кстати, заметил, что глава Роспотребнадзора объявила Собянину благодарность за спасение Москвы – буквально с такой формулировкой.

О.Журавлева― Уже?

А.Невзоров― Да, конечно. А до Собянина единственный человек, который удостоился этого титула, был, если не ошибаюсь, Ростопчин, который в 1812 году попросту сжег. Он ждал группу французских туристов, которая должна была забрести после Бородино. И, желая произвести впечатление получше, понимая, что московские улицы завалены мусором, он предпринял косметический пожар, который в результате все это уничтожил. И как Ррстопчин бы боролся с ковидом, я подозреваю, даже лучше не задумываться. Собянин спас только от ковида. Ростопчин спас от француза, от евро, от хороших круассанов, от нормального масла, а также от цивилизации и всякой другой пакости, которая ей сопутствует, типа честных выборов.

О.Журавлева― Александр Глебович, я хотела сказать, что вы так демонизируете Собянина, который гоняется со всеми со шприцем, но на самом деле это идет в народ. Сегодня уже появилась новость, что какой-то джентльмен попросил милостыню или что-то в этом роде, а когда ему отказали, метнул шприц, причем пока пустой.

А.Невзоров― Да, пока с вакцинацией все очень драматично, но и очень смешно. Потому что оценив значительное количество тяжело, в том числе, заболевших после вакцинации, вот медики – молодцы, они не теряются. Следует прекрасное объяснение, что да, от ковида вакцина не спасает, но он нее укрепляется, во-первых, химическая завивка и на обуви появляется очень сильный блеск.

Вообще ситуация туманная, потому что ни ВОЗ, ни Европейское агентство лекарственных средств, они бедный «Спутник» вакциной так и не считают. Но они вообще ничего не считают. Они не считают наш сыр сыром, они не считают наши выборы выборами, они не считают русскую Конституцию конституцией, а суды – судами. Поэтому для них и вакцина не вакцина. И эти злопыхатели даже Рогозина не считают покорителем космоса. Они живут в каком-то непонятном иллюзорном мире

Но с вакциной оказалось все смешнее еще, потому что возникло не лишенное оснований подозрение, что все вакцины, включая непризнанный «Спутник» – это вакцины от той болезни, которой уже нет. А на новую мутацию вируса, на его новый штамм весь этот вакцинный мировой арсенал вообще никакого впечатления не производит. Возможно, это и так. Никто ничего толком доказать и объяснить не может. Потому что мы видим дичайший разброд, ор, склоки, миллиарды мнений, которая наслаиваются друг на друга, одно другого анекдотичнее. Слово «антитела» выучила даже Ксюша Собчак, даже Бузова и практически все попугаи в зоомагазинах, включая волнистых, тоже подхватили общественный накал и орут теперь не «Кретин Карл», а «Коронавирус, белок, Собянин!» – вот слова, которые имеют отношение к вакцинаторскому безумию.

Академическая наука, мы знаем, в этот момент ухмыляется, хранит молчание. Кремль пытается накачать «Спутником» все живое, хотя до сих пор до конца не ясно, зачем ему это надо. Потому что мотивация у Кремля абсолютно загадочная.

О.Журавлева― Подождите, Александр Глебович, сейчас в папочке принесли бумажку, что если всех привить, то умрет меньше людей, то перед выборами, перед важными мероприятиями хотелось бы, чтобы сохранился процент избирателей. Вот и всё, по-моему, очень просто.

А.Невзоров― Я думаю, они процесс избирателей берут не из живых избирателей и совсем не из реальности.

О.Журавлева― А как же «Росгвардия»?

А.Невзоров― Это их абсолютно нее волнует и не может волновать. Вот Росгвардия – реальна, а все остальное – нет.

О.Журавлева― Росгвардию они тоже прививают, кстати.

А.Невзоров― Они прививают всё. И даже русские спортсмены, которые усугубили извечный, вековой позор России с этим мельдонием, которые допущены были с большими оговорками на Олимпиаду, во время тестов выяснилось, что они опять накачаны мельдонием, но русские спортсмены объяснили, что мельдоний им привили вместо «Спутника» по ошибке. То есть нет никаких внятных ориентиров, что это такое. И эта стройность, внятность, реальная научность в этом вопросе появится все равно года через три. Все еще будет актуально, можно не переживать, что это запоздает. И в вопросе этого бешеного калейдоскопирования разных штаммов можно ориентироваться сейчас только по очень отдаленным зыбким аналогиям с другими пандемиями.

Я вот плохо знаю всякие свиные гриппы. Я очень хорошо знаю чуму. И понимаю, что чума другой, невирусной природы. Вот смотрите, чума. Каждая легчайшая мутация – это всегда новое заболевание. Притом, что это абсолютно один и тот же патоген. Это всегда Yersinia pestis. Она всегда определенным образом накапливается в зобу блохи она всегда там проходит предварительный процесс ферментации. Но вот каждый новый штамм Yersinia требовал совершенно иного подхода, иной вакцины и иного лечения.

Причем ты же понимаешь, что чума бывает не только бубонная, она бывает: легочная, кишечная, кожно-бубонная. Был такой Владимир Аронович Хавкин, он же русский, он же одновременно французский замечательный исследователь. Вот он создал первую противочумную вакцинку и убедился, что то, что великолепно работает против обычной бубонной чумы, абсолютно бессильно против чумы даже легочной.

А потом была в России в 34-м году Маргарита Петровна Покровская, великолепная дама сказочной красоты и ума. Она все чумные вакцины испытывала только на себе, хотя, в общем, в 34-м году у нее было, на ком поиспытывать. И она создала вакцину против кишечной чумы, но эта вакцина абсолютно не работала против легочной и бубонной.

И вот у меня в миллионный раз есть вопрос, лабораторного происхождения ковид или нет. А вот черт его знает. И какая, в конце концов, вам разница?

О.Журавлева― Вот! Этот вопрос я не устаю задавать нашим дорогим радиослушателям: «Какая вам разница?»

А.Невзоров― Сибирскую язву можно подцепить, просто случайно раскопав какой-то скотомогильник. Либо какой-то кретин в лаборатории роняет пробирку с культурой сибирской язвы, потом долго по ней топчется башмаками, а потом идет к вам в гости.

О.Журавлева― А потом едет в трамвае.

А.Невзоров― Совершенно верно. Поэтому изготовление с нуля невозможно. Но был такой отрядик №731 японских медиков, которые работали в различных концлагерях и там на живом мясе удовлетворяли свои научные интересы, вскрывая заживо беременных женщин, отрезая без наркоза конечности. Им удалось создать штамм природной чумы, который в 60 раз превосходил по силе природный. Но надо понимать, что сейчас даже любезный моему сердцу локдаун, а я очень люблю локадуны, они ничего не изменят.

О.Журавлева― Будет вам локдаун.

А.Невзоров― Ой, а мне очень понравилось. Я вспоминаю: это было великолепно! Вот до тех пор, пока есть Россия, Индия, Пакистан, ковид непобедим. Дело даже не в том, что смешно маниакально прививаться от прошлой формы…

О.Журавлева― Слушайте, мы от гриппа каждый раз прививаемся от прошлой формы, каждый божий год.

А.Невзоров― Каждый божий год, и все равно все гриппом болеют.

О.Журавлева― Ну, не все.

А.Невзоров― Очень многие, по крайней мере. Вот вирусология, она так и будет бегать за ковидом следом кругами, не успевая за его обновлениями. А этот шалун будет удирать от нее, фонтанируя новыми штаммам.

О.Журавлева― Александр Глебович, есть только один аргумент, который может убедить, возможно, но не вас – кого-то. Те страны, которые прививались старыми, от старого штамма, как вы говорите, прививками достаточно массово, у них даже при большой заболеваемости даже новым штаммом, у них гораздо ниже смертность, значительно ниже.

А.Невзоров― Совершенно верно. И Италия в белой зоне. Но я же вижу эту Италию постоянно. И я видел Дворцовую, где 40 тысяч человек дышали друг другу, брызгали…

О.Журавлева― То есть это как бы для нас не помогает.

А.Невзоров― Совершенно верно. Потому что в России полностью отсутствует любая дисциплина.

О.Журавлева― Что немцу хорошо, то русскому сметь, и наоборот.

А.Невзоров― Причем, как справедливо говорят серьезные вакцинисты, у ковида в запасе по карманам еще примерно 5 ипостасей, 5 видов таких же смертоносны и таких же неподдающихся. Почему я и говорю, что вся эта запоздалая вакцинация будет бегать следом за ковидом, прося его на секундочку притормозить.

О.Журавлева― И каждый раз антивакцинаторы будут кричать, что вы не достаточно долго исследовали эту вакцину. А что вы хотите?

А.Невзоров― Ничего не хочу. Меня устроит любой вариант абсолютно. Я ведь не вакцинатор и не антивакцинатор. Я наблюдаю за всем этим.

О.Журавлева― Будьте здоровы, Александр Глебович – вот что я скажу.

А.Невзоров― Благодарю вас! Уверенно, очень мощно с огромным ускорением все остальное формирует картину какой-то глубокой и безвыходной беды. Конечно, опять отличился Владимир Владимирович. Он опять наподписывал, что называется. Ему мало. Правильно, всегда беду надо расширить и углубить, желательно до размеров вселенной. Вот когда ему это удается, он себя чувствует очень уютно. Помимо того, что законодательно обеспечены новые блага попам, они могут не платить вообще теперь налог на землю, захапывать любую приглянувшуюся им недвижимость, даже если там когда-то в XVIII веке был приют или богадельня, или просто туда попы заходили пописать.

О.Журавлева― У нас давно уже такая проблема. Но, насколько я знаю, среди законов, подписанных сейчас, освобождение РПЦ от земельного налога в связи с пандемией.

А.Невзоров― Совершенно верно. И теперь она еще в связи с пандемией законодательно освобождена от всяких проверок ее финансовой деятельности. А то, понимаешь, в эти благородные движения винища, золота, наштампованных китайских…

О.Журавлева― А вы верите, что были проверки и прямо находили?

А.Невзоров― Пытались. Потому что наглели они с этим золотом, вином жутко. И туда свои сизые носы печальные пожилые опера пытались сунуть. Теперь с этим навсегда будет покончено. Теперь – фиг. И райская жизнь, и царствие небесное попам будет обеспечено. И разумеется, они получили право на новый виток обнагления. А так все в целом идет правильным курсом. Истреблены практически все. Оппозиция уничтожена полностью. Каждый день новые идиотские запреты. Опять сегодня назапрещали мультики в судебном порядке. Разгромили издания и сайты. И, к сожалению, оказались разгромлены и прихлопнуты практически все представительства всех европейских университетов, которые функционировали в последние 15-20 лет на территории России. Их разоблачили, что они пытались распространять такие ужасные вещи, как вменяемость, современность и адекватность. Это непростительно.

Вот погиб Бард-колледж при Петербургском университете. Его нафиг придушили. А это было очень авторитетное и милое, кстати говоря, заведение. Замочили Оксфордский фонд, который был реальным живым мосточком с европейской наукой. И Бард-колледж причем, и Оксфордский фонд замочили тупо без всяких предварительных политических ласк, предупреждений, очень буднично, очень примитивно. Просто, зевая, вынесли будничное постановление, что представляют угрозу для конституционного строя и безопасности Российской Федерации. И – бабах! – тут же приезжают скучные менты, опять-таки зевающие чекисты, опечатывают здание, грузят документацию, куда-то увозят.

И заканчивается в России и Бард-колледж, и Оксфордский фонд. Причем так вот, без огонька, без задумки, даже без скандала. Все уже привыкли. Вот так в Севлаге расстреливали биохимиков и астрономов. Они всегда были самые безответные, с вечно замерзшими руками и ушами. И им ленились даже приговоры зачитывать. Их просто расставляли на краю расстрельного рва и между их грустными учеными глазами пускали пулю из нагана, зевая, без обычного оживления, которое таким сценам сопутствовало.

И вот мы видим, что ректоров университетов меняют на совсем-совсем послушных. Вот все, которые были, они тоже были послушными, но они не умели так таращить глаза на начальство, как это требует субординация 2021 года при развитом путинизме.

О.Журавлева― Вы имеете в виду Вышку сейчас в том числе?

А.Невзоров― И Вышку в том числе. Очень здорово всё получается у Путина. Я, честно говоря, не ожидал. Вот как блестяще, мастерски он увел целую страну в мир призраков, умертвий. Россия осваивается в могиле, и ей там нравится, что удивительно. Россия себя вообразила независимой от цивилизации. Конечно, большей беды, чем путинский режим, с этой страной никогда ничего не случалось подобного. Но это тоже прекрасно. Потому что мы своими глазами можем видеть, как материализуется абсолютно страшный сон. Мы это можем наблюдать не через исказительное, вечно мутное пенсне истории, а вот так лично, непосредственно во всех нюансах и подробностях. Причем понятно, каким кошмаром кончится. Глобальные катаклизмы – это, конечно, очень увлекательная штука. И очень любопытно посмотреть, как страна будет из этого кошмара выкручиваться.

О.Журавлева― А она будет, Александр Глебович, простите? – спрашивая я с надеждой.

А.Невзоров― Она обречена в силу исторических особенностей и тенденций любого развитого организма, в том числе и сообщества людей развиваться. Она будет выкручиваться. У нее нет ни единого шанса выкрутиться. А России предстоит сделать примерно то же самое, что в 1912 году проделал небезызвестный вам Гарри Гудини, великий фокусник. Гудини в наручниках, обмотанный цепями, обстегнутый металлическими обручами с сотней замков, сотней оков, Гудини, как и Россия после этой заковки будет засунута в ящик, тоже заперта на 15 засовов и сброшена на самое дно. Вот так произошло с Гудини в 12-м году, по-моему, в заливчике Ист-Ривер. И он был погружен в таком виде. С ним уже простились. Прошла минута, прошло еще секунд 20 и Гудини, фыркая, всплыл. Но он был профессиональный фокусник, он был прекрасно подготовлен. Большая часть инвентаря была его собственная, аксессуары тоже были им самим заготовленные. Там были, конечно, от зрителей замки, но в основном это были его личные замки.

Вот Россия такими навыками, как Гудини, не обладает. Она умеет заковываться в наручники, в вериги, в кандалы – это она тренировалась 500 лет заковываться, расковываться – нет. И без кандалов вообще Россия себя чувствует крайне некомфортно, если ты обратишь внимание. Так что для нее может все кончится совсем плохо.

И, кстати говоря, во всех знаменитых иллюзионах такие случаи, когда все заканчивалось откровенно плохо, тоже были печальны. Был такой Джозеф Буррус, которые недавно, в 93-м году заковался, был заперт в каком-то бидоне, сброшен в воду и утонул, потому что бидон оказался каким-то не таким мятым, у него не хватило чуть-чуть свободы движений. Не сложилось у мужика с замочками, не откачали его.

И был такой еще Ройден Дженесто, тоже очень знаменитый иллюзионист, которого колбасило от славы Гудини, и он придумал еще более эффектный трюк, чем у Гудини: заковка рук, ног, ошейник, от ошейника цепи к рукам, чтобы ограничить движение, гроб, могила, и сверху 2,5 тонны земли и цемента. Помер голубчик. У него тоже чего-то не сложилось. Вот, я думаю, это как раз наш случай.

О.Журавлева― Да, вы оптимист, я помню.

А.Невзоров― Оля, ты пойми, этот фокус с распиливанием дамы, он всегда выглядит особенно эффектно, когда в ящике одна большая дама, а не две маленьких. Вот, я думаю, Россия мир еще позабавит этой сценой тоже.

О.Журавлева― Как вы думаете, кому-то интересно, как она будет выкручиваться?

А.Невзоров― До поры до времени интересно, я думаю, хотя все смертельно устали.

Вот пришел вопрос, почему не упоминаю режиссера Меньшова. Ну, вы знаете, точно не мое горе. У меня никаких чувств не вызывает, никакого интереса. Я не вижу особого смысла вспоминать. Я его даже в верстку программы не включил. По мне это очень послушный, бездумный слуга режима, когда-то лакировавший страшную рожу совка. К тому же я, так понимаю, есть тьма желающих его оплакивать. Хотя нет, он тоже был очень смешной. Он забавно отреагировал на оккупацию Крыма, назвав эту ситуацию доказательством существования бога. Это Фома Аквинский удавился бы от удивления. Но еще он еще зачем-то под старость лет залез под партийный бочок к националистам, к лысому менту Прилепину.

О.Журавлева― Никогда не задавайте таких вопросов Невзорову, скажу я вам. Встретимся с вами после новостей.

НОВОСТИ

О.Журавлева― Мы снова с вами. Ольга Журавлева, Александр Невзоров, соединяя города, так сказать. Александр Глебович, а можно я вам новость расскажу удивительную? Вы уже закончили со своими любимыми священнослужителями?

А.Невзоров― Нет-нет, у меня есть вопрос от иноков Киево-Печерской лавры.

О.Журавлева― Давайте.

А.Невзоров― Они просят не называть их имена. Там, я проверил, все достоверно. Там у них есть такой митрополит Павлуша, он же наместник Лавры. Он топочет ножками, в инстанциях бьет тревогу, что начинают обваливаться Ближние Киево-Печерские пещеры. Там действительно есть сдвижки, есть приметы зреющих обрушений. И ножками-то Павлуша топочет, персты свои регулярно в щели сводов пещерных вкладывает, причмокивая и ужасаясь. Но пещеры для паломников не закрывает, потому что это же кормушечка. И не собирается закрывать их до конца, до завала, когда пещера, вероятно, закроется сама. Меня судьба пещер абсолютно не волнует. Мало ли пещер разваливается. Все пещеры рано или поздно схлопываются. Что касается наивного народца, то я тут тоже ничего не могу поделать. Я для верующих точно не авторитет. Они хотят погибнуть под обвалом – это их выбор. Может быть, не до конца погибнут, может быть откопают. Там есть запас еды в виде мощей, в конце концов, поэтому не все так плохо.

И вообще, Оля, обрати внимание, все к чертовой матери ломается и ломается. Сломался, к сожалению, мой любимец схиигумен Сергий. Он был великим актером. Он великолепно подобрал себе костюм, грим, выучил роль: схимник, бунтарь, герой, вставший против порочной РПЦ, против власти. Но вот когда запахло жареным по-настоящему и когда ему стал вырисовываться вполне реальный срок, он понял, что с ним не играют в придуманную костюмированную игру. Всё, роль скомкана, забыта. Он полностью сделал разворот. Он огласил готовность отдать жизнь за президента и за его окружение. То есть мы имеем очередного бородатого Протасевича. И скоро, вероятно, мы увидим Сергия уже под домашним арестом, а скоро и в парке с любимой девушкой. Власть умеет пользоваться предателями и использовать их слабость, потому что сломленный бунтарь – это лучшая реклама для любой диктатуры.

Сергий был, конечно, очень колоритен в этом своем протестном костюмчике схимническом в мантии героя. Если бы православие в России воспринималось кем-то всерьез, то он бы мог подтянуть несколько тысяч безумцев на бунт, на восстание. Но тут он убедился, что за него народ на бунты не идет, и не предвидится даже микроскопических волнений, и вообще он всем по барабану.

И потом, Оля, был еще инсайдерский момент. Сквозь стены изолятора просочились совсем грустные новости, что его верные инокини, верные матушки из монастыря, спорительницы хлебов, которые декларировали жизнь за Сергия и за святую Русь отдать, они при погроме монастыря ОМОНом растащили в своих труселях всю валютную сокровищницу монастыря. Эпилировались, сделали ноготки и ломанули в Турцию в качестве компенсации за долгие годы моркови и земных поклонов, совершенно справедливо сообразив, что наилучшего сочетания приятного (то есть все включено) с полезным (то есть с круглосуточным грехом) легче всего добиться именно в Анталии.

В общем, от долгих лет монашеского подвижничества Сергию в результате осталась только его старая вышитая схима, борода и набор статей Уголовного кодекса. Правда, это ему может обеспечить местечко швейцара в экзотическом русском ресторане в Париже. И ему бы, конечно, нужно было бы пробираться туда. В общем, он подзатянул с этим раскаянием. Боюсь, что оно не будет оценено. И к тому же вот он сейчас сидит и на пальцах высчитывает. Понятно, что на великомученика он не тянет. Вот если есть великомученик, то есть среднемученик, маломученик, недомученик…

О.Журавлева― Маломученик.

А.Невзоров― Он в печальной роли недомученика остался.

О.Журавлева― Он, кстати, благословил там что-то – ремонт 4-го СИЗО или что-то такое. Он продолжает исполнять свои функции.

Я что вам хотела рассказать. Пишет нам постоянный зритель и слушатель по имени Даниил. Он адвокат. И вот он едет в один регион консультировать человека по вопросу УДО. И подзащитный ему предоставляет характеристику, заключение колонии. И что вы думаете, среди прочих причин, по которым нельзя предоставлять УДО указано то, что заключенный церковь и мечеть на территории колонии не посещает. Всё, Александр Глебович. Достукались!

А.Невзоров― Не забывай, что все это тюремное чиновничество – это сказочные оборотни. Вот с такой же страстью, с которой они боролись когда-то с любой религиозностью, срывали с бедных зэков крестики, – вот сейчас они вписывают и такие вещи тоже.

Мы же видим этот режим, мы наблюдаем его мерзкую харю во всех подробностях. Тут эта харя снова искажена просительным выражением. Теперь подавай этому режиму на шалости 400 миллиардов, которые они хотят собрать через введение новых налогов. Зачем вам 400 миллиардов?

О.Журавлева― Вы спрашиваете?

А.Невзоров― Говорят, надо.

О.Журавлева― А вы знаете, как формулируют? Они обсуждают введение донастройки налогов.

А.Невзоров― Да. Это так звучит. 400 миллиардов куда им? Может быть, они где-то обустраивают Титан или Венеру для жизни, розы выращивают, домики строят, и всем россиянам хотят сделать сюрприз. Но сюрприз «депортация» называется. У них рука на депортациях набита еще в прошлом столетии – чеченцев, крымских татар, литовцев – там тоже сюрприз сделали, переселяя внезапно на новые прекрасные места.

Все-таки такие деньги, как 400 миллиардов, их даже в картишки не проиграешь, не пропьешь. Пока будешь проигрывать, умрешь от переутомления. И вероятно, все-таки, осваивают втайне от нас Юпитер. Но вот на что-то земное они их явно не собираются тратить. Потому что смотри, какая прелесть. В этом году снова в великой прессе Великого Устюга появилось сообщение (2021 год): «Стирать белье. Левая сторона реки Сухона в районе улицы Энгельса у железобетонного спуска. Правая сторона реки Сухона – район улицы Красноармейская». И счастливые устюжанки ломанулись туда, благодаря партию и президента за стабильность. Потому что в этом месте они имеют все-таки стирать белье и год назад, и 20 лет назад, и 120.

В городе Великий Устюг нет водопровода преимущественно. Кое-где есть. Его пытались в это году дотянуть до аэропорта. Нет. И для стирки, полоскания одежды выделяются местечки, которые оборудуются специальными полоскалками и стиралками деревянными, чтобы в ноябре тетки бы не стояли по колено в воде холодной, когда уже совсем смерть. В ноябре стирка еще возможна, правда, руки синеют и от ледяной воды кожа может слезть. А с декабря – всё, стирка заканчивается до конца апреля. Баркас уволакивает эти мостки. Схона замерзает и постирочный сезон в Великом Устюге завершен до конца апреля-мая.

Эти стиральные мостки, они стоят 210 тысяч рублей. В их стоимость входит буксировка. В ноябре их утаскивает баркасик, а в мае только можно снова стирать, не раньше. Городочек небольшой. 7 действующих церквей, 2 воскресные школы, паломнический дом. И вот именно эти синие руки облезлые – а я бывал когда-то в молодости в Устюге, там обалденно красивые бабы, причем это такая северная стать – и вот именно этими руками эти тетки почти единодушно голосуют за «Единую Россию», другие радости, за поправки в Конституцию.

Но вот ни в каких нацпроектах, ни в каких 400 миллиардах никакой Устюг не значится. А и что вообще все к Великому Устюгу прицепились? Это в любом северном города такая же жизнь. Ничего меняется, это XVIII век. Забайкалье. Воды, водопровода нет в каждом втором доме. На Алтае в 40% домов нет воды, водопровода. Всюду мостки, синие руки, стабильность и голосование за «Единую Россию». В 12% жилищного фонда убогое и аварийное печное отопление. Причем это уже и Ленинградская область, Кировская, Курганская и так далее. Все потому, что нет денег.

Вот на 600 обысков в день – выяснилось, что в России ежедневно проходят 600 обысков – денег хватает. За 2020 год относительно мирный – 212 тысяч обысков было произведено в России. причем уже значительная часть – это журналисты, блогеры, люди, которые допустили неосторожные высказывания или писали фразы в интернете, писатели, ученые. Денег нету.

О.Журавлева― Мне кажется, что обыски, они на самоокупаемости. Потому что эти же люди тех людей, которых не обыскивают, они их штрафуют. И как хорошо, каждый месяц выставляешь каком-нибудь иноагенту 500 тысяч и живешь себе, не тужишь. И тебе на обыски хватает и в Макдональдс еще сходить. По-моему, неплохо.

А.Невзоров― Они настолько привыкли и отдрессировались уже стучать и друг на друга тоже, что это не всегда проходит безнаказанно. Везде все, как могут, разнообразят свою политическую жизнь. Вот, например, на Гаити это делают одним способом. Там застрелили президента ночью случайно. В России это другой способ – это продолжение ада стабильности. Это колодцы, грязь, бездорожье, миллионы фуражек, обыски, отсутствие водопровода, отопления у миллионов семей. Ведь это издевательство и насилие не меньше, чем махалово дубинами и пинки в живот дам. Вот собирать адские налоги и одновременно мучить население пещерным бытом, даже не пытаясь ничего улучшить – это насилие. Причем это обычное дело.

Вспомни историю отравления Навального, вспомни, наконец, его синие трусы. Вот почему эта запредельная по всем меркам история была воспринята в России основной массой населения так спокойно и так равнодушно? Совсем не потому, что в ней усомнились, нет – потому что не сомневаются в праве власти так поступать. Вот в чем дело. Но говорить об этом вслух как-то не принято, не современно. Поэтому у нас не XIV век, а XV.

О.Журавлева: 16―й с половиной.

А.Невзоров― Поэтому стали придумывать какие-то отговорки про неверие, отмазки. И, кстати говоря, со «Спутником» и с этой идиотической насильной вакцинацией такая же абсолютно история.

О.Журавлева― Так вот почему здесь никто не хочет примиряться. Вот пишут и пишут… И медсестра, которая выливала этот «Спутник» и давала фальшивые…

А.Невзоров― Причем она это делала принципиально, как я понимаю, не за деньги.

О.Журавлева― Нет, за деньги, но за какие-то символические. Почему?

А.Невзоров― Потому что это возможность показать, в том числе, отношение к власти.

О.Журавлева― Да ладно!

А.Невзоров― Конечно. Потому что в политических вопросах показать недоверие, продемонстрировать накал страстей. Ведь все же всё на самом деле видят. Даже те же самые сцены затоплений курортных городов, все эти плывущие машины, разваливающиеся дома, вся эта грязища, ужас, кошмар – ведь это, когда мы видим все эти наводнения, мы видим опять-таки украденные миллионы, потому что надо было делать ливневку не формальную, а ориентированную на то, чтобы она справлялась с так называемым наносом, то есть с илом и мусором, который приносит любое половодье. А от 400 миллиардов давайте на хобби, на ракеты, на бессмысленные танки, на содержание орд дармоедов в фуражках.

Путин молодец, конечно. По нагнетанию жути реальной ему равных нету. Все-таки настоящее его призвание – это режиссер фильмов ужасов. Причем обрати внимание, он же не стал размениваться на какие-то разовые хороры проходные как Хичкок, он создал свое жуткое полотно с массовкой в 140 миллионов. Это, конечно, впечатляет.

О.Журавлева― Я просто по поводу достижений. Тут недавно наткнулась на новость, что «Ростех», по-моему, создал специальное устройство для парашютирования собак.

А.Невзоров― Да, они будут в это бесконечно вкладывать деньги.

О.Журавлева― Я просто задумалась, насколько это повседневная и важная задача – собак с парашютом сбрасывать?

А.Невзоров― Это гораздо важнее, чем синие руки. Для них важнее.

Но надо сказать, что Путин ведет себя тяжело и нагло, но его младший братишка ведет себя гораздо глупее и смешнее. Вот этот белорусский фашизмик, злобный карликовый белорусский фашизмик в отличие от своего старшего брата – вот если у нас тут выбросы хлора в Челябинске, то теперь белорусы имеют возможность понаблюдать за выбросами маразма. Потому что Лукашенко теперь Шарль. Как Перро, он сказочник-любитель. И этот старый графоман повадился сочинять какие-то дикие истории. Он собирает бедных белорусов, и вот как Нерон, который заставлял слушать его дебильное пение, точно так же Лукашенко заставляет слушать его истории.

Последнее из его графоманского набора – что по небу канистра свирепо летела и там дымил опаснейший фитиль со стороны Польши, приближалась канистра, и простой белорусский генерал, пролетая мимо, высунулся из лайнера и в последний момент пред обрушением канистры на коровник фитиль вырвал. И выяснилось, конечно, что это мощнейшая операция ЦРУ, за которую заплачено 10 тысяч долларов. Почему-то его эта цифра не отпускает. У него это какой-то предел мечтаний: 10 тысяч долларов, такой забубенный неистовый маразм.

О.Журавлева― Это как Шура Балаганов.

А.Невзоров― Тут где-то во дворе многоэтажки набили морду его любимому пропагандисту за то, что он пьяненький мочился в клумбу. Ну с кем не бывает? Морду набили, но из этого была немедленно Лукашенко раздута американо-германская операция. Исполнитель получил, как ты думаешь, сколько?

О.Журавлева― 10 тысяч.

А.Невзоров― 10 тысяч долларов.

О.Журавлева― Это человек дождя, у которого примерно 100 долларов, только немножко другой уровень.

А.Невзоров― Он разоблачил двух лысых пушкиноведов робких, потеющих, которые, как ты думаешь, сколько получили, чтобы выстрелить из него из снайперской пушки? 10 тысяч долларов.

Сейчас из Лукашенко Москва выдаивает, наконец, чтобы он признал Крым. А Лукашенко жмется, кокетничает, ждет подарков, денег и в ответ требует выдать ему певицу Агурбаш. Что-то она вроде бы не то о нем говорила.

О.Журавлева― Разжигание вражды и оскорбление президента.

А.Невзоров― Баба видная. Я думаю, что он возжаждал певичкиного тела и понимает, что он может лично подопрашивать ее в застенках. Может быть, им движут лучшие побуждения: он хочет, чтобы в коллекции в застенках у него была певица, а потом ее можно возить к себе, чтобы она пела ему колыбельные.

О.Журавлева― Но там есть, между прочим, уже флейтистка. Там есть много кого в застенках. Причем некоторым светит 14 лет, насколько я помню. Приговор вынесли.

А.Невзоров― Да. Очень мстительный злопамятный садист. Оказывается, все высказывания со всего мира собирает и подшивает себе по папочкам. И в Беларуси, конечно, полная жуть. Все омертвевшее, все друг на друга стучат. От стука в дверь, от утреннего звонка бледнеют. Все ждут КГБ, боятся сказать слово. И вдруг, блин, в этом царстве мертвых… Юрфак, вручение дипломов в Минском университете. И появляется тихая, робкая – всю жизнь ее принимали за тихую, робкую, ничем абсолютно не примечательную робкую девочку – она появляется: белое платье, красный пояс. Катя Винникова. От нее вообще никто никакого мужества не ждал и на него не рассчитывал. И тут она произносит речь благодарности своим педагогам – все они сидят в настоящую минуту, потому что все они были протестниками – и сообщает, что именно эти люди по-настоящему прекрасны, эти люди у нее воспитали уважение к праву.

И сейчас по тюрьмам. То есть, оказывается, это белорусское сердце-то бьется. Оно неровно, с перерывами, тайком, украдкой, но оно бьется. Лукашенко-то уверен, что остановил его, раздавил пятернищей. А тут снова – бабах! – и биение сердце страны. Ну разумеется, у таракана приступ бешенства. Ты знаешь, девочка арестована, уже прошли первые 7 часов допроса. Обыск. Перетряхнули все общежитие, ее скромную коечку. Уперли ее ноутбук.

И вот Путин у нас, умиленный этой сценой, сразу пообещал почему-то всестороннюю поддержку фашизму в Беларуси. Диктатуры, они вообще любят друга, отлично спариваются, кстати, между собой, но, как правило, рожают уродов. И возможное слияние диктатур украсит эту мировую кунсткамеру, добавив еще одно чудовищное образование. Правда, мы знаем, что путинские обещания вообще ничего не стоят. Хотя, знаешь, когда он обещает какую-нибудь исключительную гадость, он, как правило, слово держит, надо отдать ему должное. Потому что вот он обещал порвать с Западом, совершить этот самоубийственный для России полный разрыв, и он это делает. Хотя выглядит это в глазах мира потешно, потому что как ни крути…

Я прекрасно отношусь к России, к русским, они мне очень нравятся, но это все равно получается бунт папуасов, будем называть вещи своими именами, потому что заимствовано же все – от всех форм культуры, науки, армии, оружия, общественных отношений – всё только европейское, все копии Запада, пусть и уродливые, но копии. Придумали себе какую-то липовую историю, но это же совсем для дурачков. Не секрет, что это вымысел. И до Петра, которые пытался инсталлировать во вчерашнюю Орду, инъецировать этот Запад. Понятно, что был папуасский уровень всего, и цивилизационный индекс был на полном нуле.

И еще, кстати, один важный вопрос. Путин сообщил, что русские и украинцы – это один народ. Очень неосторожное, я бы сказал, опасное высказывание на грани экстремизма. Не дай бог его услышат русские. Они как узнают, что они принадлежат к народу, который легко и храбро делает пылающую революцию, которая покончила с диктатурой нервного борова Януковича и с совком… Русская культура, режимы. Они убеждают русских, что русские, пылая гневом, хватают вилы, если слышат, что кого-то больно порют, бежит туда, а добежав, бросает вилы и сразу снимает штаны. И что только так и нужно. И вот неизвестно, что может придти в голову русским, если они узнают это высказывание Путина, потому что если они узнают, что они и украинцы один народ, то это, возможно, будет тем самым революционным откровение.

О.Журавлева― Может быть, они лучше станут играть в футбол, Александр Глебович. Я хочу вам вот что сказать. Пришел в редакцию поэт, принес для вас подарочек. Это ярко-желтая майка с надписью «Украина» и «Глебыч», «Слава Украине» №8. Она будет отправлена непосредственно Глебычу.

А.Невзоров― Она передавалась с такими ухищрениями, с такими тайнами.

О.Журавлева― Да, это непросто было.

А.Невзоров― Правда, мы теперь знаем, что, может быть, за этот отомстили Украине, запретив закупать у нее макароны. Это макароны влияния. Ели обычную европейскую еду просто закапывают тракторами, то украинскую будут еще предварительно расстреливать.

О.Журавлева― Возможно, Александр Глебович.

К сожалению, тот момент, когда эта прекрасная футболка добиралась до нас, не смогли победить украинцы в этом отчаянном мачте.

А.Невзоров― Зато победили итальянцы, которые практически те же самые украинцы.

О.Журавлева― Вот! Значит, итальянцы и украинцы – один народ. Это многое объясняет.

А.Невзоров― Так, а Кремль тебе кто строил?

О.Журавлева― Да, действительно. И не только Кремль.

А.Невзоров― Весь Петербург тебе кто построил? Итальянцы, то есть украинцы.

О.Журавлева― Так у нас и Китай-город не потому что Китай, а потому что Чита, скорей всего. Сита.

Да, итальянцы, русские, украинцы – один народ. И это лучший вариант народа из всех, какой можно себе представить.

А.Невзоров― В таком контексте мы не против.

О.Журавлева― Провозглашайте остальные лозунги.

А.Невзоров― У нас, естественно, привет, Хабаровск! Мы вас помним, любим, и все равно вам благодарны за все, что вы сделали. Естественно, жыве Беларусь! И слава Украине! И футболочку мне.

О.Журавлева― Футболочку с голубиной почтой отправляем.

А.Невзоров― Я очень тронут. Это сделала сборная Украины, как я понял.

О.Журавлева― Спасибо им огромное. Ольга Журавлева, Александр Невзоров с вами прощаются. Пока!

Источник: Эхо Москвы

Оставить комментарий

Войти с помощью:



1 Комментарий

  • 1244w17
    10.07.2021 at 14:33

    Моё почтение. Прошёл год всем уже надоел модный вирус пипл всё сильнее не понимает, что происходит. Смертность в ПРОПАГАНДЕ вакцинации едва дотягивает до 1,7 %. Директор центра Бармалея обещает 5% и даже 10%, «потом, половину, когда-нибудь». Его можно понять, ту жижу, что сварили по их ТМ ни кто не хочет брать, а деньги уже не то, что получены, освоены, а тут такой конфуз. Понимая, что вопросы эффективности этого всего величия уже есть, нарастает поток «оговорок по Фрейду» и просто «отмазок» почему её (эффективности) не будет. Мешает: жаркая погода, поедание мороженного, плавание, занятие сексом, курение. ИМХО на очереди алкоголь и шашлыки, причём безотносительно продукта из которого они будут приготовлены. В мире тоже не всё просто. Как только появился хороший повод «завязать» с борьбой, это тут же делают. Страны где пипла мало, а средний уровень мышления выше, борьбу даже не разворачивали, остальные ищут причину которую взвинченный пропагандой пипл будет «хавать». Хочу спросить где обещанные вами горы трупов? Их даже в любимой вами Индии нет. Количество больных не будет уменьшаться пока это позволяет хорошо жить борцам с ним, но хорошее когда-нибудь кончается. Конечно идёт в ход «план дельта», он заражает даже если просто пройти мимо больного! На очереди заражение взглядом? Но тред на сворачивание борьбы уже не остановить. Я уже выражал в прошлом году мысль, что борьба с чем-то не должна быть дороже издержек если всё оставить как есть. Побьют ВОЗ очень сильно и больно и китайцев заодно, для профилактики. Уж очень много высоко заразных заболеваний от них человечеству досталось.

  • Оставить комментарий

    Войти с помощью:



    Nevzorov.TV