Невзоровские Среды — 2 Января 2019

О.Журавлева― 21 час и 4 минуты в Москве, а также Санкт-Петербурге и многих других местах. Вас приветствуют «Невзоровские среды». Ольга Журавлева из Москвы. А а из Санкт-Петербурга к нам присоединяется Александр Невзоров и сегодня Иван Штейнерт. Здравствуйте, Джентльмены!

А.Невзоров― Привет, Оленька! Да, мы в «Гельвеции». И давай сразу начнем, поскольку много всякого материала. Хочу отметить, что в этом году ёлочка президента, она получилось печальной, потому что на ней болтался только прокурор города Москвы…

О.Журавлева― Как грустно.

А.Невзоров― Честно говоря, там ожидалась как бы гирлянда из тех идиотов, которые сильно подставили бедного Владимира Владимировича с его волшебной ракетой «Авангард» и с Махами, потому что заявить, что 27 Махов в атмосфере, а это 9,2 километров в секунду — это полное уничтожение… там первая космическая, которая начинается на высоте 200 километров — это 7,9. В общем, ёлочка у него была грустная. И еще тут затесался — вспомните — Лукашенко с его четырьмя мешками картошки с таким странным белорусским намеком толстым. Понятно, что картошка для отвода глаз, главное — мешки. И вот сидеть и мучиться… еще три больших белорусских мешка подарили. Это на самом деле нелегко,

Оля — вы смеетесь. Я помню, в молодости мы шалили. У нас был какой-то такой, очень взнервленный приятель литератор в журнале «Костер». Мы ему периодически через нормальную телеграфную сеть отправляли телеграммы: «Утюги подешевели». Вот человек получает такую телеграмму…

О.Журавлева― «Грузите апельсины бочками» — это классика.

А.Невзоров― Нет, вот «Утюги подешевели» — это была наша классика. У его вечного подражателя Гундяева ёлочка побогаче в этом году. Но не только потому, что всякие там архиерейчики, они круглее и золотистее, в принципе, чем прокуроры. У него явно побольше было в этом году игрушек. Он ее перед новым годом украсил внезапно разжалованными митрополитом Вениамином, Евлогием, Германом — все качаются, блестят. В общем, есть кого потыкать бенгальским огнем с добрым хихиканьем.

И вот, Оля, вы знаете мою страсть к парным новостям. Вы это еще не знаете, но узнаете. К тем новостям, которые объединяют друг друга и дополняют друг друга в одно смысловое целое. Причем, чем забавнее, страшнее и, что называется, экзистенциальнее новость, тем легче к ней подбирается пара.

Вот грянула совершенно незамеченной прекрасная новость, упущенная общественностью, которую бы я, наверное, называл «Жизнь за кота». Причем она настолько драматична, что Глинка свою дурацкую оперу наверняка бы переписал на ее сюжет и был бы прав. Заключается новость в том, что в Новокузнецке жили два брата, и они жили в одной квартире. И один из них, плохо ориентируясь в пространстве, гадил то в обувь, то на пол в квартире и всегда все валил на кота.

О.Журавлева― Мы не любим этого человека.

А.Невзоров― Кота обрекли на линчевание. Но в последний момент явно как бы не котовий калибр фекалий навел старшего брата на подозрение. Он сделал анализы, установил камеры, провел расследование и выяснил, что кот невинен. И вычислил настоящего злодея. Кот бы покрыт поцелуями, а брат, разумеется, тут же был умерщвлен с помощью различных бытовых приборов. Чувствуете, какая драматургия во всем этом?

Нет, на самом деле опера была бы классной. Ария оклеветанного приговоренного кота. Рыдали бы залы.

О.Журавлева― Мне кажется, роман Достоевского был бы чудесный.

А.Невзоров― Вот эта вся история сильно перекликается с известным сегодня в политике треугольнике Путин, Гундяев и Порошенко. Вот настоящий осквернитель тапок, подлинный виновник украинского краха Русского мира долгое время всё валил на доброго кондитера Порошенко. Хотя сделать больше для трагического (ну, для них) развала церкви чем Гуня было абсолютно невозможно. И без сомнения он является подлинным автором краха. Я вот не знаю, раскусил ли Путин эту ситуацию или продолжает подозревать кота. Как раз ближайший год это и должен всё показать.

И понятно, что Владимиру Владимировичу, что называется, и не до ёлочки и не до Махов, потому что ему пришлось мчаться в Магнитогорск. Там Россия в очередной раз напомнила миру, что является великой газовой державой. И вот это сообщение абсолютно незаслуженно резонирует.

На самом деле это такое, с моей точки зрения, бытовое происшествие, которым должны заниматься соответствующие службы и родственники пострадавших. Оно не имеет никакого отношения ни к политике, ни к характерным для России событиям. Это чисто русская грустная социалка. Почему-то все упустили, что только за 18-й год состоялись и остались незамеченными примерно 27 подобных случаев и тоже с жертвами.

Но вот СМИ на новогоднем информационном безрыбье начали привычно раздувать горе горькое, и уже грохнул этот стартовый пистолет, объявивший кросс скорби. Мы знаем, что у публики праздной особенно котируются драмы с трупами, с оживающими младенцами, особенно под развалинами, особенно с героями МЧС, которые в течение многих суток никак не могут разобрать завал одного подъезда.

По-моему, пошли четвертые сутки. Бюджет МЧС, напомню — 165 миллиардов. Штат примерно — 300 тысяч. Ну, понятно, что для разбора одной секции жилого дома этого маловато. Но это тоже, может быть, примета такой великодержавности, потому что неспособность разобрать завал одной секции многоэтажки всяким державам поскромнее незнакома. Вот недавно было землетрясение в Италии. Там с такими подъездами справлялись за 11 часов, а полностью бездуховные швейцарцы делают это обычно за 9.

О.Журавлева― Александр Глебович, подождите, но помимо дома… во-первых, он большой, во-вторых, очень холодно, там есть еще масса всяких входящих особенностей. Есть еще другие события, которые тоже в этот же момент в Магнитогорске произошли, поэтому сказать, что это всё только журналисты придумали, это несколько…

А.Невзоров― Я говорю про то, что была объявлена скорбь. Но причем любое несчастье в России — это сцена, на которую немедленно выскакивают селебрити, чтобы напомнить о себе. Вот никому не нужно, ничего не решающее, бессмысленное соболезнование, которое прилюдно, публично выражают тенора, штангисты, депутаты, везде в России, на любой крови начинается цирк рыдающих лилипутов. И мы знаем, что эти трагедии и драмы в любой цене. Я только говорю про это.

А вот такой, честно говоря, малый урожай, несмотря на то, что был объявлен этот кросс скорби, урожай, действительно, мал и очень мало различных свечечек, прочувствованных соболезнований. Этот малый урожай имеет, конечно, чисто салатное объяснение, потому что нынче большая часть скорби ушла, конечно, в оливье. Випчики, они, естественно, скорбят, но рожи из салатов вынуть не могут.

О.Журавлева― Да их, может быть, просто нет в стране.

А.Невзоров― И слезы, как известно, плохо смывают майонез. И они в таком виде не решаются показаться на публике. Поэтому их так плохо видно и так плохо слышно в эти дни. И мы видим, что на фоне этих салатных гор и покосившихся елок шныряет трезвенький и очень злой Путин. Понятно, что он в Магнитогорске чинит рейтинг, но ведь чинит же, между прочим, и его удавовское присутствие в регионе действует на местных бандерлогов-чиновников. Они хоть как-то шевелятся, шевелят усами, прячут кокосы за щеку, делают сострадательные мордочки.

Вот привезли зачем-то психологов на место аварии, хотя понятно, что психолог — существо глубоко декоративное… И да, хотите мне сказать, что есть целые психологические факультеты. Правильно, но девушек надо где-то готовить работать в эскорте и модных бутиках, это понятно.

Вы про конспирологию хотите… и вы, Оля, про конспирологию?

О.Журавлева― Маршрутки, все-таки, оцепление…

А.Невзоров― Да, вообще конспирологии очень много. Но я полагаю, что желающие увидеть в магнитогорской истории конспирологию и усилия всяких тайных служб для террористов будут, конечно, посрамлены, потому что ведь для того, чтобы взорвать примерно половину современной российской многоэтажки, оставшейся от СССР даже не надо быть пьющим идиотом, не надо быть патриотом, который вопреки всем препонам, творимым «Северным потокам» решил во всю грудь надышаться русским пропаном, метаном и бутаном. И не надо быть верующим, который потерял спички, включил газовую конфорку и молится о снисхождении благодатного огня вот именно на эту конфорку. Нет, вся эта экзотика не требуется.

Эта радость взрыва и обрушения, она всегда с нами, она всегда доступна на всей территории бывшего СССР, потому что массовое совковое строительство для простонародья, такое вот ширпотребное строительство, оно был абсолютно фейковым и адски халтурным

. И этот дом как раз эпохи полураспада СССР, это дом 73-го года постройки. Естественно, тогда это делали особенно хреново и по газу, и по вентиляции, и по электрике, и по бетону, и по арматуре. Но, как известно в Российской Федерации газа, друг мой, хватит на любое количество камер. Но вот с газоанализаторами дело сильно хуже обстоит. Это, как выяснилось, дорого. Про газоанализаторы, всякие тревожные датчики, сирены никто не слышал. Понятно, что деньги гораздо интересней вгрохивать в войну на Донбассе и во всякие междоусобные драки сирийских дикарей. Понятно, что спасать Венесуэлу интересней, чем 44 миллиона российских дико газированных в советскую эпоху квартир.

Но даже если им жалко денег, то есть ведь масса дешевых способов, какими можно избегать подобных ситуаций, учитывая, что обращение с газом в России, оно очень вольное и, как правило, совершенно пофигистическое. У несколько огромное количество забулдыг, склеротиков. Вот надо было бы просто увеличить в два-три раза, в пять раз, в крайнем случае, дозу добавляемого в газ безвредного этилмеркаптана…

О.Журавлева― Который запах дает, да?

А.Невзоров― Да, который создает не просто запах, Оленька, он дает такую вонь, что ни у кого сомнений в газовой утечке уже не будет. Это сейчас бедные люди ходят по лестничным клеткам и принюхиваются как следовые собаки: это вот газом пахнет, или это просто тетя Катя в лифте лук ела долго?

А на самом деле всякие меркаптаны, они настолько жестко метят газ, что даже у самых темных и тупых и даже при отсутствии газоанализаторов никаких не возникает сомнений. Ведь кажется, что всё это когда-то сделано очень серьезно, на века, что были СНиПы… Вот всякие рыдатели по СССР очень любят совковые СНиПы. В реальности СНиПов никаких не было, они были на бумаге. Вот на бумаге всё было очень строго. Эта бумага рычала и скалилась. Но в реальности, когда надо было сдавать метры к пятилетке, но никакие СНиПы не работали.

О.Журавлева― К 7 ноября.

А.Невзоров― Да. И того человека, который посмел бы усомниться в качестве возводимого жилья даже не на высоких уровнях, а на уровне райотдела КГБ и райкома партии немедленно бы заглушили. Вот тот архитектор, инженер, прораб, газовщик, который решился бы публично отметить несоответствие СНиПам арматуры, бетона или ли проекта, он сгнил бы в далекой психушке, обнявшись с Че Геварой и Цезарями. А власть, в общем, ничего не боялась, потому что она знала, что ей под силу похоронить любое ЧП, информационно похоронить, гораздо более масштабное, чем обрушение многоэтажки. Таких было много. Они даже массовые расстрелы рабочих ухитрялись, в общем, прятать.

Так что конспирологического в этой истории, если на нее смотреть строго, почти не остается. И вообще, надо понимать, что в России любая вера в конспирологию — это вера, конечно, диванного происхождения, потому что, зная страну всерьез, рассуждать о темных тайных силах, которые способны на успешную провокацию, совершенно невозможно, зная идиотизм и болтливость исполнителей.

Вот что вы думаете, я вам, Оля врал, когда говорил, что Петров и Боширов — это лучшее, что есть в секретной агентуре? Их десятилетиями учили провонять пол-Лондона носками и «Новичком». Это действительно великолепно подготовленные люди. Представьте себе, что представляют собой все остальные.

Вот нету агента, которому можно было бы не только что взорвать подъезд — которому можно было бы поручить написать в почтовый ящик. Потому что сперва он перепутает дом, потом перепутает ящик. Потом выяснит, что в тот момент, когда уже надо писать, у него жесткий приступ ишурии — это невыделение мочи. Потом он еще писательным устройством ухитрится застрять в ящике. Дальше — вызов МЧС, выпилка огромного куска здания вместе с почтовыми ящиками, личные самолеты Грефа… То есть вот известно, чем попытки всех этих провокаций в России заканчиваются.

Вот если уж искать, Оленька, есть гораздо более соблазнительная вещь, которую я сейчас скормлю конспирологам. Конспирологии будут счастливы.

О.Журавлева― Давайте.

А.Невзоров― Вот для всяких любителей знамений, примет — обрушение моста в Москве, которое точно подгадали под слова гимна «Славься Отечество наше свободное». Добиться такой изумительной синхронности смогли всего несколько таджиков, которые построили этот эшафот. Но они не виноваты, потому что понятное дело, что гвозди были раскрадены. Массовая раскража гвоздей наблюдалась еще при постройке Кижей, то есть это тоже русская строительная традиция.

О.Журавлева― Традиция строить без гвоздя, как мы знаем.

А.Невзоров― Вот я любителям конспирологии могу подбросить, если хотите… Но вы не похожи на любителя конспирологии…

И.Штейнерт― Я нет. Но там уже директора уволили, я слышал.

А.Невзоров― Это понятно. Там кого-то надо было уволить. Но она недостаточно конспирологична. Есть еще более прекрасная конспирологическая, я бы сказал новогодняя и сочная история, которая показывает, во-первых, необыкновенную силу креста.

О.Журавлева― Животворящего.

А.Невзоров― Вот порадовала несколько Ростовская область. В Ростовской области две православные подруги прихожанки Татьяна и Александра благочестиво квасили на кладбище.

Обсуждались меж ними духовные вопросы. Александра утверждала, что ее залет от сантехника Владимира был совершенно беспорочным, а состоящая в тесной благодатной связи с сантехником сама Татьяна усомнилась в словах подруги и перешла к теологическим аргументам. Она выдернула могильный крест и многократно, контактно осенила ́этим крестом подругу.

Судмедэксперты употели опознавать труп. Потому что если вы прочтете — там множественные переломы всех костей черепа, там полное смещение лицевых тканей… Причем, любопытно, Оленька, когда я этим вопросом занимался, я выяснил, что, вообще, православные часто используют большие могильные кресты. В Свердловской области могильный крест был использован подростками и для изнасилования одноклассницы и для ее убийства.

То есть, видите, потихонечку воцерковляется все-таки Русь. И идентичное применение кресту нашлось в Нефтеюганске, в Саратовской области, где дамы подвергли подругу крестным мукам по голове.

То есть, на самом деле, если кто-то хочет видеть какие-то сочные и выразительные пророчества и знамения новогодние, то он увидит. Но, вообще, вся эта история с крестами и девушками на кладбище, которые квасили, кто от кого беременна, оно опять-таки перекликается с драмой Гундяева. Мы уже помним, что он очень расстроился этой украинской историей с томосом, Владимир Михайлович наш.

О.Журавлева― Простите, Александр Глебович, у меня вопрос, на предыдущие письма Кирилла там кто-то ответил? Из Ватикана прислали голубя какого-нибудь с оливковой ветвью?

А.Невзоров― Нет. И даже жареного не прислали голубя. И он писал и в «Спортлото» и папе римскому, он всем жаловался на подлого Варфоломея…

О.Журавлева― И в ООН тоже ничего не сказали?

А.Невзоров― Ничего ему не ответили. Молчат. Все молчат. И причем, наконец, наступило горе горькое, потому что список получателей кляуз естественным образом исчерпался. Писать больше было некому. Гунюшка извелся. Ну, вот зуд у него сейчас пожаловаться кому-нибудь на эту ситуацию и на злодея Варфоломейку Константинопольского, но поскольку остался только один Варфоломей не охваченный, то Гуня взял и на пяти, по-моему, страницах Варфоломею написал кляузу на Варфоломея.

Как этот секретариат пропустил это письмо? Вероятно, Там тоже Новый год. И хотя они утверждают, что они не празднуют, а смиренно ждут окончания Рождественского поста, чтобы начать есть любимые продукт «боженину с хреном», то вот каким-то образом это письмо к Варфоломею туда проскользнуло.

О.Журавлева― Александр Глебович, там же есть прямо такие просьбы, намеки: «Подлинная православная церковь Украины во главе с митрополитом Киевским и всея Украины Онуфрием благословит вас, если вы прекратите то, что вы делаете…». Это не кляуза. Это просьба.

А.Невзоров― И много мелких подарочков сулит. Нет, там больше кляуза все-таки. Много описывает, какой Варфоломей плохой. А Варфоломей простодушно не понимает этого, потому что для него всё просто. У него есть Россия, у России есть Русская церковь. Есть Украина, в Украине — Украинская церковь. Всё для Варфоломея логично. Но не для Гуни, потому что Гуня кричит, что организация, которая решила называть церковь русской, совершает преступление. Откуда этот приступ злобной русофобии у Гундяева совершенно непонятно. Он убежден, что переименование церкви в русскую разрушит и дискредитирует в подконтрольную ему организацию.

Но вот смотрите, это же, по сути дела, шоу-бизнес А шоу-бизнес требует в первую очередь ясности на афишах. Вот приезжает ансамбль эфиопского танца. Эфиопы собираются исполнять национальные танцы, а на афише они будут обозначены как мастера ирландского степа, например. И будут зрители введены в обсуждение. И это абсолютно неверно даже с точки зрения закона о защите прав потребителя.

Такая же точно необходимость точно обозначить те коллективы, которые выступают в Украине с религиозными шоу типа литургии. Зритель вправе знать правильное название концертантов. В России, кстати говоря, я подозреваю, скоро будет точно так же. Понятное дело, что пока никто не собирается, например, чтобы игуменья Дивеевского монастыря…

О.Журавлева― Агент Вероника.

А.Невзоров― Агент Вероника — агентурные карточки на нее совсем недавно на нее были обнародованы — чтобы она обязательно бы на своих облачениях вышила бы золотом содержимое этой карточки, хотя это тоже было бы правильно и тоже, в принципе, предусмотрено законом о защите прав потребителя, даже потребителя магических услуг, то есть верующего.

И, может быть, просто у них нет хорошего дизайнера под рукой, который красиво бы скомпоновал данные. Игуменья могла бы золотом вышить и дату вербовки и псевдоним, и название того отдела КГБ, где свершилось ее приобщение к таинству служения государству. Она могла бы, кстати, дать старт новому стилю в церковном шитье.

Но, вообще, если за ней последуют ее старшие товарищи, представьте себе, как будет интересно выглядеть… тогда придется перешивать все поповские облачения в стране. Но если они на схимах, фелониях, епитрахилях вышьют свои агентурные данные, то для крестиков там места точно не останется.

О.Журавлева― Александр Глебович, вы так говорите, как будто в этом есть что-то удивительное и какой-то большой сюрприз. Мне кажется, что многие…

А.Невзоров― Нет, я только говорю о дизайне, Оленька. Я как раз даю им добрые, прекрасные советы. Вы не заметили этого, нет?

О.Журавлева― Хорошо, всё. Я признаю.

А.Невзоров― Смотрите, мы причем ничто здесь даже не натягиваем на глобус. Мы как раз выступаем вроде доброжелательных советчиков, которые заинтересованы в доскональном исполнении закона.

О.Журавлева― Александр Глебович, я хотела просто привлечь наших жителей к YouTube, а к лайкам, к разглядыванию и так далее и сообщим вам, Александр Глебович, которая у вас, как всегда, стоит на столе, в YouTube не видна абсолютно. Поэтому если вы хотите что-то о ней рассказать, будьте к этому, пожалуйста, готовы.

А.Невзоров― Вы знаете, я думаю, что всем надо смотреть Инстаграм Коли Копейкина, великого русского художника. Коля Копейкин и мой друг и одновременно он еще выполняет обязанности русского великого художника. Согласитесь, в Новогодние дни это очень тяжело. Поэтому обращаться к Коле с вопросами в ближайшие две недели я не рекомендую.

О.Журавлева― А потом он займется дизайном как раз этих самых облачений, я так понимаю.

У меня один коротенький был вопросик. У нас Всеволод Чаплин призывал отменить Новый год. Я думаю, что вы с ним должны просто слиться в экстазе.

А.Невзоров― Нет, мы не будем с ним сливаться в экстазе, предупреждаю, не рассчитывайте. Мы просто коснемся этого во второй части. Там мы поговорим вообще об этом праздновании. . Это отдельная тема

О.Журавлева― Там же вы обсудите «Иронию судьбы», я надеюсь.

А.Невзоров― Да, она упаковывается в одну тему.

О.Журавлева― Прекрасно! Дорогие слушатели, пишите в чате YouTube ваши реплики, присылайте эсэмэски +7 985 970 45 45. Ну, а мы — Ольга Журавлева, Александр Невзоров и Иван Штейнерт ждем вас после новостей в этой студии.

НОВОСТИ

О.Журавлева― 21:35. Мы снова с вами. Из Санкт-Петербурга — Александр Невзоров и Иван Штейнерт сегодня. Меня зовут Ольга Журавлева, как и всегда. Присоединяйтесь к YouTube, если еще нет. Если слушаете по радио, слушайте дальше. Сетевизор тоже идет трансляцию.

Александр Глебович мы добрались уже до празднования Нового года или еще рано?

А.Невзоров― Нет, мы не добрались, потому что я бы хотел еще… во-первых, я напоминаю, что мы находимся в «Гельвеции», я бы сказал, в логове выдающегося русского писателя Юниса Теймурханлы. Но я бы хотел все-таки остановиться еще на том скандале, который разразился с румынами, с румынским посольством и теми вдруг резкими и дерзкими заявлениями, которые румыны себе позволили по поводу поведения сталинских солдат во время так называемого освобождения Румынии.

О.Журавлева― Подождите, Александр Глебович, я правильно поняла, что сначала румыны себе что-то позволили, потом русское посольство в Бухаресте выпустило статью, что румыны себе этого не должны позволять, а потом румынский МИД корректно, печально и как-то очень аккуратно сказал: «Давайте не будем…» — что-то в этом роде. Ну, и потом наш, конечно, что-то добавил. Дальше уж угли остались, мне кажется, от этой истории.

А.Невзоров― Да. Оленька, вы, как всегда, изумительно корректно изобразили ситуацию. Но если ее пересказывать невзоровским языком, то есть абсолютно некорректно, то это, конечно, говорит о том, что окончательно разрушился практически во всех странах Восточной Европы миф о том, что эти страны были освобождены сталинскими войсками, потому что значит, освободить? Освободить — это значит дать свободу.

А прийти и навязать свой режим, пусть и с не ежедневными режимами расстрелами на улице, опутать своей колючей проволокой — это не есть освобождение. Плюс все эти мифы про воина-освободителя, они были очень хороши, когда был информационный вакуум, когда никто не мог вмешаться и когда не добавлялось никаких лишних информационных вбросов в ту сусальную картину воина-освободителя, которая существовала, скажем так, всё время, пока существовал СССР.

Мы уже знаем, что в Словакии, которая всегда терлась России о ноги, там некая Анна Колесарова была канонизирована как святая. А девушка отметилась только тем, что она оказала особо ожесточенное сопротивление советским сталинским солдатам-насильникам, которые, отчаявшись ее изнасиловать — она так вертелась, — просто на месте ее расстреляли из ППШ.

И мы знаем, что существует на данный момент, в общем, много бесспорных и жутких документов. Я знаю, что все подозревают о существовании книжки Леонида Рабичева. Но я точно так же знаю, что практически все эту книжку так и не удосужились прочесть. Это воспоминания офицера-связиста 31-й армии. Это абсолютно официальные, не находящиеся в списке экстремисткой литературы, воспоминания орденоносца, воспоминания прошедшего войну человека, который абсолютно понятным языком — если позволите, зачту — описывает поведение танкистов, пехотинцев, артиллеристов, связистов.

Они, оказавшись в Европе, увидев, огромные караваны беженцев, сбрасывали в кюветы на обочинах шоссе повозки беженцев с мебелью, саквояжами, чемоданами, оттеснили в сторону стариков и детей, и, забыв от отступающих мимо без боя немецких подразделениях, тысячами набросились на женщин и девочек. Женщины — матери, их дочери — лежат справа и слева вдоль шоссе. И перед каждой стоит гогочущая армада мужиков со спущенными штанами. Обливающихся кровью, теряющих сознание оттаскивают в сторону. Бросающихся им на помощь детей расстреливают. Гогот, Рычанье, смех, крики и стоны. А их командиры — их майоры и полковники — стоят на шоссе. Кто посмеивается, а кто и дирижирует, скорее, регулирует — это, чтобы солдаты все без исключения поучаствовали. И это не месть германцам. Прекрасно солдаты понимают, что эти конкретно люди, забитые и несчастные перед ними ничем не были виноваты. Это азартный групповой секс, вседозволенность, безнаказанность, обезличенность и жестокая логика обезумевшей солдатской толпы. Это страница 195-я книги Леонида Рабичева «Война всё спишет».

А вот на 196-й странице Рабичев описывает, как он по своей юношеской наивности спас двух немецких девчонок, но через пять минут эти девчонки были задержаны штабармейскими сталинскими. И дальше он увидел, что девушки уже схвачены. «Николаев, Харитонов, Сидоров, Пименов, — командует майор, — взять девочек за руки, за ноги, юбки блузки долой, в две шеренги становись! Ремни расстегнуть, кальсоны и штаны спустить. Справа и слева по одному — начинай!»

Я просто не могу этого читать дальше. Сложно даже мне, предельному цинику. Примерно об этом же пишет и Никулин. Об этом много настоящих военных мемуаров. И нету никаких оснований подвергать подлинность этих мемуаров сомнению. Тем паче, что противоположная сторона — вот те, кто канонизировали ту же самую Анну Колесарову, — они тоже собирали документики и серьезные свидетельства.

И нельзя сказать, что это сталинские солдаты такие плохие. Поверьте, Оля, все солдаты всех армий ведут себя точно так же: и американские, и шведские, и польские и французские, и эфиопские, и вьетнамские — всё в такие минуты занимаются тем же самым. Сталинские солдаты просто ничем не лучше.

И вот с тем мифом, который сложился о воине-освободителе, приторным мифом просто пора кончать. Потому что когда мы видим, скульптуру советского солдата, который держит на руках девочку, должен возникать простой вопрос: А что этот солдат сделал с ее мамой, где ее мама?

И вот этот миф об освобождении Европы… поймите, ведь, в конце концов, Европа не считает себя освобожденной, она считает себя захваченной на многие годы. Но по этой логике, по которой рассуждали советские историки и идеологи, воины Батыя тоже освободители, а крестоносцы — это освободители Иерусалима. И по этой логике там Раймонду Тулузскому и Готфрид Бульонскому должны стоять мемориалы с вечным огнем посреди Иерусалима За освобождение Иерусалима от евреев, например — например, была бы такая пышная надпись.

Поэтому надо понимать, что, вероятно, в этом. 2019 году уже окончательно пришло время расставания и с этим дорогим для многих сердец мифом.

О.Журавлева― Хорошо. Расстались с мифом. Мы вообще в этой передаче очень часто расстаемся с мифами. Здесь уже все прислали свои комментарии, разнообразные, скажем, по этому поводу.

А.Невзоров― Они разнообразные. Я хочу еще раз подчеркнуть что, неплохо зная войны — 7 штук целых, — я прекрасно знаю, что человек сделан из чудовищных пороков и их ограничители природы социальные, их можно выработать, можно отдрессировать, можно не отдрессировать, но они рассыпаются в прах в любых экстремальных ситуациях.

Вот поэтому, когда пришло известие, что с премьеры фильмы Ларса фон Триера сто человек встали и демонстративно вышли — это говорит о том, что вот такая вера в сладенькую, простенькую, понятненькую мораль, она дело ведь не только России, но и понятно, что мораль — абсолютно искусственная штука, очень условная вещь. И надо посмотреть немножечко жизнь, надо посмотреть реальные войны не по пафосным советским или даже американским боевикам, чтобы увидеть, с какой скоростью, вообще, человек отменяет любую мораль и как легко она отменяется.

О.Журавлева― Она отменяется именно войной, я правильно понимаю?

А.Невзоров― Она отменяется любой экстремальной ситуацией. Ведь помимо войны бывают наводнения, бывают взрывы АЭС, бывает много чего…

О.Журавлева― Мне кажется, что человечество понемножку станет лучше. Если сейчас спасают котов и попугаев из завалов, то, может быть, дальше будет лучше.

А.Невзоров― Оленька, котов и попугаев спасают сытые люди. Участь котов в блокадном Ленинграде хорошо известно. Тогда котов из-под завалов спасали для того, чтобы их съесть, а попугаев ели вместе с перьями, которые потом в лучшем случае выплевывались.

В данном случае я за Триера вступаюсь. Я не поклонник его, я вообще не очень люблю кино, но я не понимаю тех ханжей, тех моралистов, которые вдруг начинают выступать всерьез в защиту морали и кричать, что такого нельзя показывать.

Поймите, у культуры, у искусства есть важная цель — это служить таким концентратором человеческого поведения, эмоций, особенностей человеческого восприятия мира. Вот этот концентрат она может сдать для изучения науки. Этот концентрат должен быть абсолютно полноценным. В этом смысле и культура и искусство представляют собой определенный интерес. И если человек, который смотрит фильм, не в состоянии для себя определить, что перед ним гримерная, кровь, артисты и декорации, то это проблемы этого человека и его криков про мораль.

Вот в России, у нас, насколько всё проще. У нас выходит фильм под названием «Т-34» про танк. Он не предназначен для обсуждения вообще. Это такая лакмусовая бумажка идиотизма. Она регистрирует степень умственной деградации народа. Если кассы, что называется, будут полны на «Т-34», то значит, в принципе, с этим народцем можно еще что-нибудь такое проделать, и он это безропотно примет.

Я просто смеюсь, вспоминаю, с какими страшными боями космологи и астрофизики продавливали, не поверите, название «черные дыры». До этого были весьма сложные названия: схлопывающаяся звезда, замерзшая звезда, коллапсары. Был такой очень дерзкий человек под названием Джон Уилер, который, правда, хорошо знал французский язык, который и ввел понятие «черные дыры», но, поскольку по-французски это звучит как некое непристойное выражение, то космологи долгое время отказывались употреблять это название, пока оно не стало, наконец, абсолютно обиходным и абсолютно общепринятым. С ним согласились все.

Но вот к вопросу об астрономии. Я про Новый год. Вы меня упрекнули, что я враг и противник Нового года, но я совершенно не враг и не противник. Я с большой нежностью и спокойно к этому отношусь, абсолютно равнодушно. Но я просто имею возможность наблюдать этот культ. Он мне нравится, он меня забавляет.

Я вижу обязательное причастие в этом культе. Это оливье. Меня забавляет, из какого количества различных деталей, начиная от друидских верований, связанных с деревьями до насильственно придуманного членом ЦК Постышевым советского Деда Мороза в 37-м году, из каких разнообразных фрагментах он создан.

И естественно, я теперь к Новому году потеплел, потому что как только прочел настоящего христианина… вот что такое настоящий христианин? Все люди, которые прикидываются, что принимают участие в каких-то религиозных отрядах, конечно дикие лицемеры. Настоящий христианин — это Чаплин, у которого, как прямо из огнетушителя пошла пена ярости. Разгорелся известный скандал, когда какой-то митрополит вылез и сдуру чего-то брякнул про советское культовое кино под названием «Легкий пар…» или что-то в этом духе.

О.Журавлева― «Ирония судьбы».

А.Невзоров― Оскорбленный артист ответил митрополиту, обвинив митрополита в тупости, хотя, в общем, обвинение странное. Это все равно, что обвинять жабу в бородавчатости, потому что, ну, в принципе, от дядьки, который ничем не занят, кроме повторения заклинаний, переодеваний и примерками бижутерии, в общем, ждать какого-то интеллектуализма было бы странно.

И тут же как черт из коробочки выскочил Чаплин, который заявил, что с этим мерзким праздником, когда настоящие верующие люди придут к власти, будет окончательно и бесповоротно покончено. И столько было, я бы сказал, демонского счастливого огня в чаплинских очах, когда он об этом говорил, что, я думаю, для очень многих россиян, которые искренне любят культ оливье, искренне любят дурацкие фейерверки и свои ёлочки, в этот момент судьба христианства для них внутренне решилась.

О.Журавлева― О!

А.Невзоров― Я ничего не могу сказать против. Притом что мы же видим, что вокруг сплошная нелогичность. Оля, обратили внимание, что наконец-то главная надзирающая медицинская организация…

О.Журавлева― Россдравнадзор.

А.Невзоров― Россдравнадзор, он взял и выяснил, представьте себе, абсолютную правоверность информации, что в классной, дорогой, сочной, богатой московской клинике девочка предлагали клитороэктомию — девочкам от 5 до 12 лет. Действительно, эта услуга была официально прописана и предлагалась это совершение женского обрезания. И поднялся такой интеллигентский вой! Он еще тиховат, потому что интеллигенты тоже пока лежат рожами в салатах. Но когда они отскребут от себя картошечку, докторскую и майонез, то тогда они завоют в голос — как такое может быть.

Предельная непоследовательность, Оленька. Потому что религия, которая предписывает совершать клитороэктомию — это очень хорошо, это духовность. Традиции, которые обязывают его делать — это прекрасно, это надо поддерживать! А вот сама процедура, которая настоятельно предписана религией — это ужасно плохо и с этим надо бороться.

Вот вспоминаю я того мальчика — по-моему, его называли Акбарджон, который спустился в Ленинградский метрополитен и там взорвался вместе с вагоном и куча трупов, — он же действовал, что называется, по логике сегодняшней идеологии из самых лучших побуждений. А если бы он действовал по воле некий невидимых друзей, которые указали ему на необходимость совершения такого рода поступка, и остановить мальчика Акабрджона — это, извините, оскорбление чувств верующих. Это препятствие совершению религиозных обрядов. И вообще, тот, кто его останавливает, подпадает под действие статьи.

Тут вот либо одно, либо другое. Я хочу, чтобы это все понимали. И на примере Чаплина и его заточенных клыков на этот бедный, совершенно невинный Новый год. Вот поймите, никто вам не позволит ни в одну веру лезть и вычищать из нее фрагменты, несовместимые с сегодняшней цивилизацией, законами, с правилами.

Религию нельзя редактировать. Ее ядовитые клыки невозможно вырывать. Принимая религиозную веру как благо или как норму, необходимо принимать и обрезание клиторов у девочек и в Москве, и в Дагестане, и в других районах Африки.

Понятно, что для московских медиков это просто деньги, они не вкладывают в это никакого религиозного смысла. Но осуждать это, ободряя религию… Кстати говоря, вот по поводу… вы помните, Оля, какая эмблема у МХАТа, нет?

О.Журавлева― Чайка.

А.Невзоров― Совершенно верно, чайка. Посмотрите на эту эмблему. Понятно, что сейчас, вероятно, в нее будут внесены некоторые коррективы. Это я в связи с Москвой вспомнил. Дело в том, что там резко сменилось руководство.

О.Журавлева― И как!

А.Невзоров― Да, там было проведено общее собрание. Директор по х/ч выступил и обратился к артистам и, в общем, можно сказать, нашел корень всех театральных бед в сегодняшней России. Но после того, как он нашел корень театральных бед, понятно, что теперь артисты заиграют. А артистам было предложено экономить и начать в театральном сортире подтираться — открывать не три бумажки, а две. Это на полном серьезе.

О.Журавлева― Боже!

А.Невзоров― И теперь вспомните эмблему МХАТа, и если тушку удалите из середины этой эмблемы, то как раз остается две белые бумажки…

О.Журавлева― Все-таки вы романтик, Александр Глебович.

А.Невзоров― Я романтик, Оленькая, я безусловно, совершенно романтик, конечно же. Кем еще можно быть в столь прелестном обществе.

О.Журавлева― Послушайте, на минуточку буквально, но скажите хоть какое-то романтическое слово. Человечество получило снимки самого далекого объекта на окраине солнечной системы. Межпланетная станция максимально сблизилась с астероидом — даже не буду называть эти цифры и буквы — в миллиарде миль позади Плутона, зонд пролетел на расстоянии всего 3,5 тысяч километров мимо древнего камня. И вот это всё — это же настоящее? Это об этом нужно думать?

А.Невзоров― Это всё, безусловно, настоящее. Но об этом говорить смертельно горько, потому что единственное космическое достижение, единственное космическое тело, которое мы можем предъявить человечеству — это Рогозин…

О.Журавлева― Его, кстати, в НАСА пригласили, говорят.

А.Невзоров― Его пригласили в НАСА. Живого Рогозина привезут в клетке как Емельку Пугачева, и, вероятно, сквозь прутья клетки будут дотрагиваться о него щупами. Потому что другого контакта…о чем Рогозин может беседовать в НАСА никому не понятно. И когда мы говорим о том, что в тройном созвездии Альфа Центавра, наконец, решен вопрос, существует ли за Альфа Центавра планета, которая мерещилась многим поколениям астрофизиков и которые отстаивали ее существование, а сейчас, наконец, пришли к выводу, что да, такая экзопланета, она всего раза в три, по-моему, больше нашего Юпитера, но она существует, — понятно, что ́это огромная победа, но это не наша победа, Оля. У нас — Рогозин.

О.Журавлева― А, мне кажется, это победа человечества.

А.Невзоров― Да, мы с вами, как вы считаете, можем претендовать на то, чтобы считаться членами человечества, или мы члены человечества, но какого-то непонятного века? Мы не члены современного человечества.

О.Журавлева― Александр Глебович, давайте мы будем все-таки частью человечества, хотя бы надеяться на это.

А.Невзоров― У них — космос, а у нас понятно, что с большим вниманием отнеслась Росгвардия… вот на Талинском проспекте роторно-фрезерная снегоуборочная машина засосала подростка полностью. Понятно, что подростковый юношеский протест может быть, таким образом, решен гораздо успешней, чем принятием всяких закончиков.

О.Журавлева― Часть человечества — Александр Невзоров, Иван Штейнерт, и Ольга Журавлева были с вами. всем спасибо, всего доброго!

Источник: Эхо Москвы

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Нет комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Nevzorov.TV