Невзоровские Среды — 3 июля 2019

О.Журавлева― 21 час, почти 4 минуты в Москве, а также в Санкт-Петербурге. Из Москвы — Ольга Журавлева. А из Санкт-Петербурга Виталий Дымарский…

В Дымарский― Мы здесь.

О.Журавлева― И Александр Невзоров. Здравствуйте, джентльмены!

В Дымарский― Все на месте, привет!

А.Невзоров― Какая неожиданность, да. Мы в «Гельвеции».

О.Журавлева― А тут, кстати, пишут: «Эквадор застыл в ожидании». Не подкачайте, Александр Глебович.

А.Невзоров― Очень хорошо. Вообще, всем сказочно повезло, конечно, что у президента России фамилия все-таки не фон Эсмарх.

О.Журавлева― Вы о кружке?

А.Невзоров― Да, совершенно верно. Дело в том, что хитом недели стал Путин со своей кружкой. До него с кружкой прославился фон Эсмарх, который изобрел это клизматическое устройству.

Ну, если Путин приходит со своей кружкой, понятно, что следующим этапам должны быть ложка за голенищем и соль в платочке, половинка луковицы. Ну, вот, как мы выяснили, все-таки президент России не Эсмарх, а то скандал с кружкой на этом саммите приобрел бы совсем двусмысленный характер.

По поводу этой кружки с крышкой какого-то очень квалифицированного тумана написал, разумеется, Песков. Но я вам могу открыть секрет, зачем, вообще, это всё было проделано и что означает кружка с крышкой. Дело в том, что Владимир Владимирович хорошо знает всю эту президентскую гопоту и понимает, что прийти с другой кружкой нельзя. Во-первых, в кружку могут просто плюнуть. Это совершенно понятно.

В Дымарский― А в эту не могут?

А.Невзоров― Нет. Ну, у нее крышка. Защитная крышка. Он знает, чего можно ждать от всех этих президентов. И слюнные железы у этих президентов работают прекрасно. Там был, как в песне поется, один, который не плевал. Был Трамп, который показывал палец, но это уже такой, профессиональный жест проктологов. А потом он еще погрозил пальцем и его обнюхал.

Вообще, честно говоря, не хулиганить на саммите вообще невозможно, потому что любое озорство на саммите — это единственный способ расшевелить там этот омертвелый воздух. И вообще, если на все эти саммиты смотреть незамутненным почтительностью взглядом, а трезво, то, конечно, зрелище совершенно дикое, и эти лидеры стран жлоб на жлобе.

И вот это поведение в стиле «Пеппи Длинныйчулок» выгодно выделяло, конечно, Владимира Владимировича из толпы этих политических зануд. Ему сильно не хватало рыжих косичек, веснушек и спущенного чулка, если мы говорим о Пеппи Длинныйчулок, которая хулиганит

Конечно, режим Путина генерирует бедствия и деградацию, порождает тьму абсолютно ненужных проблем, но вот за ним самим порой без умиления наблюдать абсолютно невозможно. И надо сказать, что он неплохо ориентируется и отдает себе отчет в происходящем. Он понимает, что в кармане канцлеров и президентов надо не только кружки с крышкой, надо и зашивать карманы, надо приходить с зашитыми карманами, потому что вы все знаете, что у бразильского президента в аэропорту отобрали 39 килограмм кокаина.

О.Журавлева― Я не знала.

А.Невзоров― Да. Но отобрали только у него, у остальных президентов не отобрали.

О.Журавлева― То есть они так с ним и проехали.

А.Невзоров― Им могли подкинуть. Нет, это было по прилету.

В Дымарский― А может, у него общак был.

А.Невзоров― Сомневаюсь. Нет-нет.

О.Журавлева― Ну, у нас-то всего 400 кило было в посольстве. Мы-то вообще дети.

А.Невзоров― Он понимает, он не маленький. И вообще, тут очень много интересного. Чем нам может быть вообще интересно это сборище политических зануд, готовых толочь воду в ступах до изнеможения?

Вот там неплохо обнажаются всякие мотивации Путина. И помогла очень в этом красавица Мэй, помогли обнажить мотивации и ее гневные филиппики. Она заявила, что отношения Англии и России невозможно. Почему? Она сообщила, что «нормализация наших отношений невозможно, пока Россия не прекратит безответственные, дестабилизирующие действия». Причем делала она это с интонациями сельского завуча.

И Тереза, конечно, очень наивна. Вот она обращалась с тоном завуча, не понимая, что, таким образом, материализуется известный анекдот про завуча и Вовочку. Но Вовочка не прекратит дестабилизирующие аморальные и безответственные действия, потому что стабилизирующие и моральные, прежде всего, скучны.

И вот еще момент истины, который нам может позволить понять Путина. А вот, собственно говоря, какой может быть награда за так называемое хорошее поведение? Зачем, собственно говоря, ему быть хорошим? Какую награду мир может пообещать Вовочке за хорошее поведение, чем мир способен его соблазнить? На саммите дадут добавку в котлету, что ли или позволят дольше глядеть в скучное декольте красавицы Терезы? Это сомнительная радость. Или Мэй сама сменит эту мимику разгневанной швабры на что-нибудь более любезное и будет улыбаться во время фотографирования. И ради этой фигни, конечно, не имеет смысл становиться хорошим, потому что реальность Путина, реальность России, реальность мира — это три совершенно разных, не соприкасающихся реальности.

Вы, кстати говоря, бывали в Индии? Я подозреваю, что кто-нибудь здесь, в зале, да и из слушателей «Эха Москвы» бывал.

О.Журавлева― Да я думаю, что в YouTube кто-нибудь смотрит сейчас. Из Индии привет передайте.

А.Невзоров― Пришла такая любопытная новость из Индии и одновременно из министерства сельского хозяйства, от заместителя министра Оксаны Пут. Вот когда мы говорим об Индии, мы говорим о самых депрессивных регионах, где жрут абсолютно всё: собирают обезьяний кал не первой свежести, тухлых питонов, вылавливают из Ганга покойников и их обгрызают. То есть люди, абсолютно привыкшие к невиданному свинству в еде. И эти люди отказываются по причине несоблюдения санитарно-вкусовых каких-то норм от продукции Российской Федерации, о чем грустно сообщила замминистра сельского хозяйства. То есть это замечательная такая…

О.Журавлева― Это русофобия, Александр Глебович, мы знаем.

А.Невзоров― Нет, почему? Это не русофобия. Это было сегодня на совещании в Минсельхозе. Официально с грустью… Они не знают, что такое русофобия, они не знают, что такое Россия, им, в принципе, абсолютно по барабану. Просто ту еду, которую долгое время поставляли из России, они решили забраковать как ненадлежащую и снова лучше взялись за своих подгнивших питонов и обезьяний кал.

Так вот давайте вернемся еще к Путину. Он взял и так вот красиво и мощно похоронил всякий либерализм, устроил похороны. Он крайне оригинален, потому что все самодержцы от Калигулы до Муссолини, они всегда хоронили либерализм. Это надо сделать. Это как бы по правилам игры полагается.

Но я полагаю, конечно, что Путин озорничает. Представьте себе, что вам нужно каким-то образом вызывать отвращение к котам. И тогда вы заявляете, что коты омерзительные существа. И самым омерзительным у кота является вот этот длинный, гнусный, кожистый хобот, которым они залезают в карманы хозяевам, воруют мобильные телефоны, мелочь и поливаются водой.

Вот примерно то же самое Путин сделал с либерализмом. Он приписал либерализму абсолютно не присущие ему и не имеющие к либерализму никакого отношения свойства.

В Дымарский― А он это намеренно сделал?

А.Невзоров― Конечно. Поймите, атмосфера саммита…

В Дымарский― Он знает, что такое либерализм?

А.Невзоров― Он великолепно знает, что такое либерализм. Но это невозможно было удержаться. Это же как очень громко испортить воздух на каком-нибудь пафосном мероприятии. Действительно, бывают мероприятия, когда от этого соблазна невозможно избавиться. Дело в том, что да, такого рода заявление о похоронах либерализма оживляет обстановочку вот как громкий пук.

Вот он приплел мигрантов к либерализму. И это равносильно осуждению котов за длину хобота. Притом, что мигранты к либерализму вообще не имеют никакого отношения. Это чистое нахальное вранье.

Мигранты — это просто огромный бизнес-проект. На бумаге, по крайней мере. Вот пока это было на бумаге, это была трезвая и очень жесткая доктрина в самом лучшем смысле этого слова иезуитская. Она позволяла европейским, русским лентяям чесать брюхо за компьютером, занимаясь утонченными вопросами — монтажом, ютьюбами, торговлей — а всякие там кручения профессиональных баранок, шашни с цементом, с дерьмом, с мусором эта доктрина предполагала оставить тем, кто за копейки, за центы просто ради счастья сопричастности к цивилизации согласен с этим всем возиться.

Эта вся мигрантская история замышлялась как новое блестящее рабовладение, при котором рабы сами стоят в очереди за кандалами, сами лезут в рабские бараки и дерутся, чтобы получить на лоб клеймо от господина.

О.Журавлева― Но, Александр Глебович, простите, есть еще нюанс, который тоже всем давно известен, что просто рождаемость в более развитых странах она неустанно сокращалась и, очевидно, что молодых, здоровых и готовых на всякую работу становилось всё меньше просто-напросто.

А.Невзоров― Ольга, вы только подтверждаете мой тезис. Ведь дело в том, что мир превратился в такой адский трансформер благодаря культуре, литературе, социальной мифологии. Мир тихой сапой, незаметно перестроился таким образом, что часть абсолютно нормальных, деловых, классных профессий оказалась абсолютно за чертой респектабельности, за бортом даже минимальной респектабельности.

Но грязные-то функции остались, их надо кому-то было делать. Обязанность скрести, качать, грести никуда не исчезла. А Европа слишком продвинута, слишком понтовита, да и Россия тоже, по крайней мере, её городская цивилизованная часть.

То есть призыв мигрантов объясняется отнюдь не благостностью и человеколюбием и не либерализмом, а такой самой примитивной корыстью. Но вот как всё набумажное, эта очень красивая и наглая доктрина оказалась хромой, потому что мусульманский африканский мир привез с собой торжествующую первобытность, такую человеческую агрессивность, не придушенную цивилизацией в первозданном виде.

А иммунитет цивилизантов к ней оказался начисто утраченным. И вот сейчас он будет восстанавливаться, что, кстати, пойдет цивилизации на пользу, потому что мигранты своими злодеяниями, дерзостью и похотью очень помогают Европе вспоминать главные законы человечества. Она забыла, в каком мире она живет, она задремала. А Африка подсунула ей под нос провонялую кроссовку, член и ножик. И Европа нехотя просыпается.

В Дымарский― А кто подсунул Владимиру Владимировичу помимо мигрантов еще и ЛГБТ?

О.Журавлева― О да! Даже Элтона Джона вывел из себя.

В Дымарский― Вместе с «трансформерами» и с трансгендерами.

А.Невзоров― Это была очень аккуратная, красивая ловушка. Он в нее попался. Но, абсолютно не обратив внимания на то, что он попался, с прицепившимся к ноге капканом, он бодро пошел дальше.

И вот, кстати говоря, насчет капканов и ног. Оля меня спрашивала… Оленька меня просила, чтобы я вел бы дневник этой истории с Началовой. Сейчас объяснюсь. Помните, наверное, трагическую смерть певицы. Подчеркиваю, певица нас не интересует, мы рассматриваем только сам культ, вот как зарождаются религиозные культы, как из простых, обычных, ничем не примечательных людей создаются святые, как налепляется постепенно ложь на эти факты. Я послеживаю.

К чему я заговорил про ноги. Оля, кстати, вы выяснили, до какой степени я хороший пророк?

О.Журавлева― Вы знаете, мне кажется, что вы сами всё это и придумали, и вы стоите за паломническими турами к могиле Началовой. Вот у меня такое ощущение.

А.Невзоров― Всё, уже организованы автобусные и железнодорожные паломнические туры для исцеления. Да, да. И вот, поскольку считается, что эта могила, она избавляет…

В Дымарский― Но вы авторское право должны зафиксировать за собой.

А.Невзоров― Я открою секрет: я всего-навсего сторонний наблюдатель. Мне вот оттуда пришла чудесная история от очевидцев. По-моему, из какого-то северного города приехал на могилу Началовой сварщик Д.Ю. Опрелов, такой корявый антисанитарный мужичок. Он взял кредит, чтобы съездить на эту могилу. У него подагра. И он решил действовать… Пождите ржать-то! Ну, Дымарский.

О.Журавлева― Мне казалось, что сварщик — это рабочая аристократия и денег должен был…

А.Невзоров― Нет, ну, там был такой запущенный мужичок…

О.Журавлева― Запущенный сварщик, хорошо.

В Дымарский― Подагра может постигнуть каждого.

А.Невзоров― Да, запущенный сварщик. И вот он нигде не мог вылечить подагру. Он приехал на могилу Началовой. И поступил он абсолютно по рецептуре: он закопал в нее ноги и просидел два часа. Когда он вынул ноги, выяснилось, что каким-то образом у него на ногах появился педикюр, эпиляция, алый лак и кратенькая татушка «Юлька».

О.Журавлева― Экономический вы озорник, Александр Глебович!

А.Невзоров― С подагрой я не успел выяснить, потому что это не имела на данный момент отношения…

О.Журавлева― Может быть, это включено услуга all inclusive в эти чудесные туры. Может быть, они с педикюром, кто знает.

А.Невзоров― Может быть. Кстати, мне пришел очень хороший вопрос с сайта. Это вопрос про вакцинации: вакцинироваться, не вакцинироваться?

Вакцины — это блестящее, одно из самых остроумных изобретений, открытий. Естественно, оно абсолютно эффективное. И сам принцип вакцинации, действительно, безупречен и гениален. Но вот, как всегда, на этот величественный торт научной мысли гадит эта сволочь статистика. Потому что мы знаем, что, например, в США есть национальная программа компенсации вреда от вакцин. И есть там же целевой фонд осложнений после вакцинации. Этих цифр не знают в России, но компенсации эти два фонда пострадавших от вакцин выплатили уже чуть более 4 миллиардов долларов в самых разных случаях.

В Дымарский― А мы туда не можем обратиться?

А.Невзоров― Нет. С 1988 года 1300 смертей от анафилактического шока. Можно сказать, что 1300 смертей — это не так много. Но для тех, из кого эта цифра комплектовалась, в общем, эта цифра оказалась совершенно достаточной.

О.Журавлева― Александр Глебович, простите, но при этом, когда человечество начало все более активно отказываться от вакцинации, вернулись такие болезни, про которые уже все забыть успели. Люди стали банально мереть от кори.

А.Невзоров― Оля, так я за вакцинацию, вы что, не поняли?

О.Журавлева― Нет, я поняла.

А.Невзоров― Я к тому, что эти циферки, особенно в сочетании с реальностью российской медицины тоже надо принимать во внимание, когда вы делаете свой выбор.

О.Журавлева― Разумеется.

А.Невзоров― Давайте вернемся к реалиям страны. Потому что наше медийное болотце опять встряхнулось и в очередной раз разразилось большими пузырями на сей раз из-за красивой Пугачевой.

Вообще, это довольно пресная такая информационная жвачка, но нам она может быть мимолетно интересна только тем, что напоминает о коренных свойствах и специфике русского общества.

Дело в том, что происшедшее с Пугачевой абсолютно традиционно. Мешки с почтой, матрацы, народных артисток всегда в вагоны грузили именно таким образом, еще начиная с пьяной Зыкиной и со времен СССР. По-другому народные артистки никогда туда и не загружались.

И Россия, она же, вообще, унаследовала от СССР этот культ привилегий, страсть привилегий. Но она не только унаследовала, она сохранила, она приумножила. Вот самой главной, самой желанной привилегией, которую может человек получить в этой стране — это привилегия вообще никак не соприкасаться с народом или минимизировать эти соприкосновения.

О.Журавлева― Ну, у нас Владимир Владимирович в этом смысле превзошел многих народных артистов.

А.Невзоров― Ну, есть там регулируемые, постановочные соприкосновения. Но вот для этого, надо понимать, и существует звание «народный». Народный депутат или народный артист — оно присуждается для того, чтобы человек никакого контакта с народом имел возможность не иметь вообще никогда и не видеть и не слышать…

О.Журавлева― Вас, небось, на «Сапсан» тоже ведь на «Бентли» подвозят.

А.Невзоров― Нет. Сам, ножками, ножками.

О.Журавлева― Ну, хорошо. Значит, у вас нет заболеваний никаких, которые бы этому препятствовали.

В Дымарский― Слушайте, а почему, действительно, если подают машины к трапу самолета, почему нельзя подать к входу в вагон?

А.Невзоров― Ну, это интересный, конечно, вопрос.

О.Журавлева― И члена Политбюро, кстати, туда же.

А.Невзоров― Как вы сами понимаете, летное поле большое, то на перроне два автомобиля, по вашей логике поданные…

В Дымарский― Делайте большие перроны.

А.Невзоров― Ах вот оно что. Значит, необходима перестройка всех вокзалов.

О.Журавлева― Дымарский тоже утомился с «Сапсаном», я понимаю.

А.Невзоров― Надо сказать, что вы не единственный, потому что народец уже забурчал по поводу этой пугачевской выходки. Но народец тут же поставили на место и пристыдили. Вот всякие высунулись из своих домиков эстрадные кукушки и откуковали хвалу своей царице, намекая, что их тоже неплохо было бы погружать в вагоны именно таким образом.

В Дымарский― А вы пользуетесь льготами, Александр Глебович?

А.Невзоров― А у меня нет никаких льгот. Какие у меня льготы?

В Дымарский― Ну, там, не знаю, вас узнают на улице, скажем?

А.Невзоров― И что, и какая льгота?

В Дымарский― Гаишник вас отпускает.

А.Невзоров― Со всеми фотографироваться…. Во-первых, от меня еще невозможно дождаться, чтобы я чего-нибудь нарушил, потому что не забывайте о том, как я езжу. Я ведь в прошлом все-таки каскадер и, следовательно, я никогда даром не рискую. Давайте все-таки вернемся еще… вот у нас есть тема: «Кроты».

О.Журавлева― Так, стоп! Я что-то пропустила. Какие кроты?

А.Невзоров― Кроты. Вот, оказывается, НАСА тоже испытывает проблемы с «кротом». В Америке американский «крот» НАСА, который копает Марс. А «крот» Алибасова, он ковыряется в кишках и мозгах российского скандальщика и, судя по всему, воет от тоски. Кроме всего прочего еще на это наслоились трагедии с «Арматами», которые лопнули…

В Дымарский― Александр Глебович, а вы знаете, что сын Алибасова признал, что они на этой истории заработали 26 миллионов рублей.

А.Невзоров― Ну, и правильно сделали, черт возьми. Если есть лохи, которые на всё это разводятся, почему их не разводить?

О.Журавлева― Меня поражает, что Дымарский следит за процессом. Я прямо восхищена вами, Виталий Наумович!

В Дымарский― Нет. Раз дают за что-то 26 миллионов рублей…

О.Журавлева― За этим трудно, конечно, не следить.

А.Невзоров― Он не просто… Я даже сегодня наблюдал его в «Гельвеции» задумчиво разглядывавшего бутылочку с «Кротом», поэтому тут, может быть, всё не так просто.

В Дымарский― Оказалась кока-кола Невзорова.

А.Невзоров― Да. Вообще, не так всё печально. Потому что, хотелось бы, отметить, Оля, что кое-что удается и в России. Помните, сколько трудов было потрачено, угроблено, например, сначала Петром I, потом Анной Иоанновной на то, чтобы вывести особую породу карликов, лилипутов, которые готовы прилюдно демонстрировать оргазм, которые готовы прилюдно совокупляться, по многу раз подряд сочетаться браком.

Устраивались потешные карличьи свадьбы. И была для всего двора, как вы помните, предоставлена возможность сквозь специальные дырочки в лорнетки наблюдать за брачной ночью лилипутов, считать хором фрикции.

А от карликов требовалось только в этот момент публично славить государя, Отечество, внутреннюю и внешнюю политику. Причем карлики в этом искусстве прославления превосходили всех крупномеров. Вот всякие люди обычного размера не могли делать это так, как делали карлики.

И вот века селекции не прошли даром. Эту породу удалось вывести. По крайней мере, на федеральных каналах Соловьев и Скабеева, наконец, напрямую перешли к обсуждению степени великости Путина. Вот какой: величайший, превеличайший или просто великий?

О.Журавлева― Ну, они в Твиттере поспорили, но, тем не менее.

А.Невзоров― Тем не менее. Причем, действительно, у них получилось очень красиво и очень убедительно. Все призадумались. Но пока не изобретен какой-то величинометр. А вот, кстати, покойный Доренко он неслучайно называл Соловьева «мерзкая карлица». Возможно, он знал какую-то тайну пропагандиста, но, к сожалению, унес ее с собой в печку крематория. Я не успел…

В Дымарский― А кто говорит «величайший», а кто «великий»? Сабеева за «великий» или за «величайший»?

А.Невзоров― По-моему, она за величайший, да.

О.Журавлева― Послушайте, они переводили высказывание Трампа кто как умел, и там, кажется, речь шла о том, что «славный», «великий», «выдающийся» — что-то такое.

А.Невзоров― Кстати говоря, пришел еще вопрос хороший: «Кто будет преемником?»

О.Журавлева― Свежий, главное.

А.Невзоров― Но, вообще, надо понимать, что политика в России всегда шьется по фигуре самодержца. Пошитая на Путина политика все равно не подойдет никому из его близких и дальних, будет выглядеть смешно.

И поскольку ничего кроме самодержца в ближайшее время не просматривается, политику все равно будут перешивать. Она, может быть, совершенно другого фасона — в горошек… Почему обязательно будет самодержавие? Потому что единственное, что по-настоящему скрепляет Россию — это, конечно, только коррупция, потому что коррупция порождает эту необходимость людей друг в друге. Все мы являемся неким агентом коррупции. А идеальная коррупция возможно только при той или иной форме самодержавия. Поэтому всё будет в порядке.

В Дымарский― А самодержавие равняется Путин и всё? Больше ничего?

А.Невзоров― По крайней мере , пока да.

О.Журавлева― А вот как раз Путин тут недавно буквально обвинил ряд стран в нарушении демократических принципов и свободы слова. А вы говорите, самодержец. Об этом президент сказал сегодня на форуме под называнием «Развитие парламентаризма», что тоже чудесно. Подчеркнул.

А.Невзоров― И сделал это замечательно самодержавно. Мы на эту тему поговорим еще во второй части.

О.Журавлева― Да. Он подчеркнул, что «необходимо открытое общее информационное пространство, только оно позволит решать приоритетные вопросы мирового развития», а вот вы его, может быть, до конца не понимаете. Хотя, как вы понимаете слова президента, мы выясним во второй части программы. Не забывайте заходить на наш канал в YouTube. Лайки обязательно ставить. Виталий Дымарский, Ольга Журавлева, Александр Невзоров ждут вас здесь.

НОВОСТИ

О.Журавлева: 21―33. Продолжается наша увлекательная видео— и радиопередача. Александр Невзоров, Виталий Дымарский, Ольга Журавлева.

В Дымарский― Вы знаете что, Оля, мы здесь пропустили анонсы в самой начале нашей программы, как обычно. Поэтому мы немножко компенсируем наши ошибки. 15 июля в 7 часов вечера в отеле «Гельвеция» всем добро пожаловать на «Дилетантские чтения» с Сергеем Ястржембским.

О.Журавлева― Мы как-то слышали уже слово «Ястржембский». Чудесно.

А.Невзоров― Оленька, у меня вопрос. Поскольку он мне нравится, я на него отвечу. Вопрос пришел укорительный: «Не устарел ли Павлов Иван Петрович как ученый?»

Если отсчитывать просто некие календарные представления о времени существования теории условных рефлексов, то я вам могу сказать, что все самые значительные события нашего времени были совершены примерно тогда. И гейзенберговский принцип неопределенности — это тоже 27-й год. Фундаментальные основания квантовой теории это тоже примерно те же годы.

Но дело в том, что если в физике всякий бред отсеивается, умирает — там очень активная, очень живая среда, которая перетирает, сжигает эти отходы науки, — то, к сожалению, в физиологии тот бред, который наслоился на Павлова, пришел после Павлова, он никуда не девается, он копится, эти отходы копятся, и теперь все эти напластования глупости называются психологией.

В Дымарский― А почему психология-то вдруг у вас возникла?

А.Невзоров― Нет, просто вопрос, не устарел ли Павлов? Я отвечаю, что Иван Петрович абсолютно не может устареть. А вот как бы непосредственно возрастной цензы — я привел в пример принцип неопределенности Гейзенберга, который тоже 27-го года.

Есть замечательная у нас тема про «Единую Россию», которая как только услышала, что она исключительно хамская организация, тут же на какие-то мешки с гуманитарной помощью, которую собирали вполне нормальные люди, они пришли и наклеили свои стикеры.

О.Журавлева― Да, это для тех, кто пострадал от наводнения — мешки.

А.Невзоров― Да. Но вообще, хамство и чванство «Единой России» — это давняя тема. Но вот избавление «Единой России» от хамства и чванства я считаю очень опасной инициативой, абсолютно антигосударственной.

О.Журавлева― Вы сейчас Медведева обвинили в этом.

А.Невзоров― Конечно. Хамство и чванство — это маркеры, которые позволяют определить начальство даже в бане и в полной темноте. Вот лишить права на хамство и на чванство чиновника равносильно предложению сорвать с офицеров погоны, сорвать с них фуражки, это такое прямое разрушение вертикали. А что еще, вообще, может вызывать народный трепет? Народ, правда, огрызается последнее время, заливает в соцсети всякое видео.

Давайте рассмотрим эти два качества, которые всегда были определяющими для российской власти — это хамство и чванство. Во-первых, это обозначение в разнице общественного веса. Вот вам нахамили — вы сразу понимаете, что имеете дело с человеком при исполнении, у вас нет никаких сомнений, не надо никаких удостоверений, визитной карточкой работает чванство и хамство.

Причем я бы сказал, что «Единая Россия», она ведь не лидирует по части хамства и чванства. Вся российская политика, она хамская по природе. Хамство — это такой великий импульс, который заставляет шевелиться всю властную вертикаль. Хамство, причем обращено и вовне и внутрь страны. И каждая партия, каждый политический или общественный субъект, они демонстрируют свой отдельный, особый сорт хамства. Вообще, вся российская политика — это такая симфония хамства, где есть место для любых инструментов.

Вот смотрите, хамство «Единой России», оно такое как раз туповатенькое, оглядчивое, занудливое, незатейливое. Они такие вот как подвыпившие аккордеонисты, ложечники, балалаечники. Но зато на их фоне пронзительное хамство ЛДПР — это уже такие вступают скрипки, литавры хамства… грохот…

О.Журавлева― Ой, да ладно, Александр Глебович! Литавры — это когда более высокопоставленные начальники. А Минобороны?..

А.Невзоров― Это правительство. Да, совершенно верно. Сидит Валя с ее маленькими клишасами, и вот получается такой величественный оркестр. И, конечно, прекрасна фигура дирижера полуголого верхом на медведе, который дирижирует амфорой всем этим страшным оркестром, всей этой симфонией хамства.

В Дымарский― Я всё думаю: о чем рассказывает Александр Глебович? Вы муниципальных выборах, что ли?

А.Невзоров― Мне на муниципальные выборы абсолютно наплевать.

О.Журавлева― Я прошу прощения. Мы обязательно должны вернуться к вашим муниципальным выборам, потому что в Питере тоже интересно. Я бы вот что хотела как раз по поводу хамства спросить, о чем вас спрашивают уже с самого начала. Это история со злосчастным «Лошариком». Мне тут уже объяснили в комментариях, что это корабль, в котором были сферы внутри, поэтому, он, собственно, «Лошарик».

Но дело в другом. А почему — вот это, действительно, хамская и какая-то удивительная манера — когда сообщают о трагедии катастрофе, во-первых, позже, чем сообщают какие-то случайные люди? Во-вторых, в течение суток называют количество погибших и называют их звания и награды, но не называют имен — это что? Сейчас уже называли, да.

А.Невзоров― Ну, вы знаете, вообще, это понятно. Потому что как только есть два Героя России и все при этом отравлены, то, вероятно, все предполагали, что прозвучат фамилии Петров и Боширов.

О.Журавлева― Ладно. Это капитаны 1-го ранга все-таки.

А.Невзоров― Возможно. Но вы знаете, меня что здесь пугает. Меня здесь пугает не возможность того, что вы сейчас распутываете, разматываете, расследуете, а кто-то занят прямо противоположным делом, то есть запутывает, заматывает и затемняет эту историю. Понятно, что у пропагандистской машины, у Министерства обороны вполне хватит сил, чтобы, по крайней мере, самую интересную часть этой истории скрыть. Ну, а потом общественность как пудель с тапкой будет бегать с этим суррогатом.

Дело же не в этом, что там произошло. В конце концов, погибать для военных моряков дело должно быть, скажем так, привычное. Меня больше настораживает, что эта вся адмиральско-генеральская компания делала на дне?

О.Журавлева― Это всех интересует.

А.Невзоров― То ли готовится захват Атлантиды, то ли там будут осетры плавать в погонах, то ли, вероятно, готовится поколение боевых осьминогов.

О.Журавлева― Как, вообще, пожар на дне случился?

А.Невзоров― Понятия не имею. И я думаю, что той самой правды никто никогда не узнает. Я думаю, что дело в так называемых межконтинентальных глубоководных кабелях. У них есть одна мечта: обрезать всем интернет. И на случай экстренных ситуаций, когда их совсем начнет припекать, иметь возможность всё обрезать к чертовой матери.

Но, вообще, честно говоря, меня удивляет: чтобы увидеть дно, совсем не надо рисковать жизнью, можно просто включить один из федеральных каналов и наслаждаться этим зрелищем абсолютно безопасно в течении многих часов.

О.Журавлева― Это верно. А по поводу кабеля, вы знаете какое удивительное совпадение? Сегодня в несколько соцсетях, включая ваш любимый Инстаграм, перестали загружаться картинки.

А.Невзоров― Да, и это трагедия. Вот это действительно трагедия. Так вот, смотрите, давайте вернемся все-таки к хамству, потому что это хамство в известной степени коснулось Санкт-Петербурга. У нас тут, вообще, очень смешная история с выборами. Как вы знаете, у нас тут срываются муниципальные выборы. Мне их совершенно не жалко.

О.Журавлева― Почему срываются-то, объясните тем, кто в Доминикане.

В Дымарский― А кто их срывает-то, кстати?

А.Невзоров― Ну, срываются. Какая разница?

В Дымарский― А кто их срывает?

А.Невзоров― А мне совершенно все равно.

О.Журавлева― Ушел от ответа.

В Дымарский― А наказать?

А.Невзоров― Мне тоже все равно. Наказывайте, если хотите. Я говорю о более интересном событии. Вот у нас ожидаются губернаторские выборы. Понятно, что они будут напоминать такой бокс в морге. Потому что если даже Беглов не самый опытный боксер, то все его конкуренты уже давно вскрыты и разложены на каталках.

О.Журавлева― Это «зомби-апокалипсис» называется.

А.Невзоров― Понятно, за кем будет победа. Очень смешно на это отреагировали элдэпээровцы. Там нашелся какой-то один умный парень, который решил сменить свой разговорных жанр в ЛДПР на реальный пост в правительстве Петербурга. Немедленно пришел в невиданную истерику Жирик по этому поводу, который прощелкал Питер. Хотя ему здесь, в общем-то, ничего никогда и не светило. И там есть дяденьки, которые показывают красивым девушка гениталии на улицах, распахивая внезапно плащ…

О.Журавлева― Эксгибиционисты.

А.Невзоров― Он думал, что можно соблазнить собой и своей партией Петербург, вот так ненароком распахнувши и показавши себя в красе. Он сильно ошибается, в любом случае ́это никогда…

В Дымарский― Но Капитанова обозвал власовцем.

А.Невзоров― Как угодно это можно делать.

О.Журавлева― Беглова он как-нибудь обозвал, хотела спросить?

А.Невзоров― Он всех обозвал.

О.Журавлева― Потому что это важно. Жириновский кого попало просто так не обзывает.

В Дымарский― Ну, ладно! Он всех обзывает.

О.Журавлева― Но одно дело просто стоящую перед ним журналистку обозвать последними словами и еще и побить. А вот если он говорит что-нибудь про какого-то… то это, мне кажется, что-то значит.

А.Невзоров― Ну, вы знаете, что касается меня, я на выборы не хожу, никому не советую, не пойду.

О.Журавлева― Но вы все равно обожаете Беглова, я знаю.

А.Невзоров― Я не обожаю Беглова. Мне не нравится, когда человека травят, и травят все вместе коллективно и предельно злобно. Насчет особой любви… Дымарский видел, как я…

В Дымарский― Да, я видел, могу засвидетельствовать. В Эрмитаже в субботу был роскошный ужин, ежегодный галла-вечер. И пришел Александр Дмитриевич Беглов. Его встречал, конечно же, Михаил Борисович Пиотровский…

А.Невзоров― Сокуров. Там, в общем… Поймите, он 30 лет здесь, и он для всех очень…

В Дымарский― И Невзоров — знаете, чем занимался Невзоров?..

О.Журавлева― Учил манерам, небось?

В Дымарский― Воспитанием Беглова, хорошим манерам.

А.Невзоров― Совершенно верно. Но потом подошла Диана Вишнёва. Он вот так административно сунул ей ладошку. А я показал, как нужно встать на колено, как страстно можно целовать ручку Вишнёвой. Александр Дмитриевич обещал исправиться.

В Дымарский― Он сказал, что танцует уже па-де-де.

О.Журавлева― Пуанты ему подарите.

А.Невзоров― Да, есть позабавней ситуации. Вы знаете, что у нас очередной происшествие с «Зенит Ареной».

О.Журавлева― Не с «Зенит Ареной», а с «Газпром Ареной».

А.Невзоров― С «Газпром Ареной» совершенно верно.

В Дымарский― То же самое.

А.Невзоров― Дело в том, что там в качестве издевательства над птицами, над жителями окружающих районов включили на дико ускоренной скорости трансляцию Петербургского закса…

О.Журавлева― Правда?

А.Невзоров― …Которую выдали за птичий базар. На самом деле я, может быть, не самый сильный орнитолог, но даже я разобрал голос Макарова. И там совсем не хищные птицы. Это либо закс, либо это тоже бакланы…

О.Журавлева― Всё обман…

А.Невзоров― Причем этот галдеж… Содержательная часть заключается в том, что такими голосами обычно отвечают на нервное подергивание ручки из-за двери сортира словом «Занято!» То есть одни птицы кричат другим: «Мы сами загадим всё тут. Не надо нам никакой…».

О.Журавлева― Я объясняю, о чем рассказывает Александр Глебович для тех, кто не в курсе. Для того, чтобы защитить стадион от якобы ужасно вредных птиц, придумали аудиотрансляции, которые должны этих птиц отпугивать. Александр Глебович услышал там заксобрание. Я ему верю.

А.Невзоров― А не надо было никуда далеко ходить. Но, правда, можно было использовать и вашу Мосгордуму.

О.Журавлева― Можно даже «Невзоровские среды» таким образом ставить, если очень постараться.

А.Невзоров― Нет, нужно несколько большее количество участников и несколько более сильные страсти, нежели бывают у нас.

О.Журавлева― Техника далеко пошла.

А.Невзоров― Я еще хотел вернуться к Путину…

О.Журавлева― Любите вы его.

А.Невзоров― Да-да-да.

В Дымарский― У нас сейчас будет наглядная агитация.

А.Невзоров― У нас тут чудесная таблица, которая одноразово сменила картину Копейкина. Мы сейчас поговорим про веру в бога.

Дело в том, что Владимир Владимирович, а также Главное политическое управление армии заявило о необходимости веры в бога, о том, что это на сегодняшний день разумная и, я бы сказал, даже передовая инициатива. Вот данное заявление является и бредом и ложью одновременно, потому что в настоящий момент в 2019 году на данный момент любая вера в бога является абсолютно нереальной и недостижимой штукой. Я на основании этой таблицы филогенетического древа звероящеров вам просто-напросто объясню.

Дело в том, что такое вера? Вера — это, прежде всего, некий комплекс представлений о мире, понимания мира, знание законов этого мира, его движение, его взаимодействие внутри себя и со всей остальной Вселенной.

Так вот это те самые существа, которые являются нашими бабушками и дедушками, начиная от первых звероящеров — от перикозавров, от деметродонов, от офиакадонов. Затем эти звероящеры идут по эволюционной восходящей линии. И вот там где-то, где написано «Гельвеция» находимся мы с вами, потому что именно звероящеры дали жизнь млекопитающим. А мы с вами как потомки. То есть мы находимся далеко там.

В Дымарский― Вот там. Нет никаких «Гельвеций». Где «Эхо Москвы».

А.Невзоров― Ну, хорошо… Нет, давайте, где «Невзоров ТВ» тогда.

В Дымарский― Давайте, хорошо.

О.Журавлева― Дорогие радиослушатели, не обижайтесь.

А.Невзоров― Вернуться вниз по эволюционной лестнице к тем представлениям — ведь представления, знания, они точно так же эволюционируют — вот это возвращение к какой-нибудь предковой форме типа… оно абсолютно невозможно. Почему мы можем с уверенностью говорить о том, что на сегодняшний момент любые разговоры о вере в бога являются, я бы сказал, таким кривляньем, умышленным или неумышленным кокетством. Она абсолютно нереальна на данный момент, как нереально нам было бы вернуться вниз по эволюционной лестнице до состояния офиакадона.

В Дымарский― Вопрос: А «Газпром» может опуститься опять до уровня мегаза… Он, по-моему, отсюда произошел.

А.Невзоров― Слушайте, я понимаю, что у «Эха Москвы» какие-то особые взаимоотношения с «Газпромом».

О.Журавлева― Виталий Наумович, не углубляйтесь.

А.Невзоров― Дымарский, вы просто протаскиваете рекламу. Я же понимаю, в чем дело.

О.Журавлева― Кстати, вы просто хотите разукрупнения бизнеса — вот что я поняла, Виталий Наумович. Кстати, есть и по этому поводу опрос.

А.Невзоров― Поэтому, Оля, пойми, это такой милый самообман, потому что благодаря патерикам, благодаря житиям святых мы знаем симптомы веры, как выглядит христианская вера в ее натуральном, чистом, беспримесном виде, когда она демонстрировалась первые 10 веков от начала христианства. Ведь эта вера предполагает очень свободное, очень вольное выхождение с 12-го этажа из окна с сохранением полной уверенности, что ангел-хранитель подхватит и поставит на тротуар.

Сейчас вот то поведение, которое должно быть абсолютно характерным для людей верующих, не демонстрирует никто. Ведь когда мы говорим о каких-то безумцах того времени, об абсолютно психиатрических с сегодняшней точки зрения проявлениях типа обмазывания собственными фекалиями, стояния на столбах, погружения зада и гениталий в муравейники для того, чтобы избавиться от блудных помыслов, мы говорим не о каких-то юродивых, мы говорим о вполне респектабельных святых. И это и есть стилистика поведение верующих.

А просто участие в каких-то небольших театрализованных шоу, в каких-то, скажем так, маршиках — это ведь не мировоззренческие вещи. Это некое хобби. Я всегда предлагал это очень туманное, очень расплывчатое понятие вера заменить на понятие идеология. Очень четко — идеология. Но нам это даст свободу обращения с этим явлением. Это избавит так называемых верующих и от лишней ответственности и от абсолютно ненужных для них привилегий, скажем так. Потому что эти привилегии должны были бы их тяготить.

Дело в том, что, во-первых, идеология чем прекрасна? Она дает право на злобу, она дает право на нетерпимость.

О.Журавлева― Александр Глебович, простите, но вы всё время говорите про христианство, но ведь и к другим мировым крупным религиям всё это относится.

А.Невзоров― То, что я говорю про христианство, в такой же степени относится к мусульманству, к иудаизму, и индуизму, к буддизму, вообще к любой религиозной вере, то есть к любому восприятию мира или попытке восприятия мира, основанном не на научной, не на здравой картине мира.

О.Журавлева― Давайте уже к другим нашим темам. У нас так мало остается времени. Я прямо уже испереживалась. У вас еще, тем более, вопросов полно.

А.Невзоров― Вопросов у меня, действительно, полно. Я просто о том вреде, который причиняет вера. Причем мы понимаем, что вот той христианской, подлинной, глубокой веры нет. Но мы в прошлый раз касались воспитанной в советских, русских девчонках вере в «алые паруса». Именно эта вера заставляет их, даже вынося ведро, делать это на каблуках, надраивать до зеркального блеска…

О.Журавлева― Ой, это уже не так актуально, Александр Глебович, поверьте.

А.Невзоров― Это, тем не менее, все равно вера в то, что принц может оказаться где угодно. Вот, кстати говоря, вопрос прекрасный пришел о том, что разговор с Невзоровым о вере — это разговор со слепым о солнце.

О.Журавлева― Но это не вопрос.

А.Невзоров― Да, это утверждение. Я могу сказать, что это очень уязвимая реплика, хотя отчасти верная. Но вот если мы посмотрим всех специалистов по Солнцу, например, Джорджа Хейла — это изобретатель спектрогелиографа и изобретатель нейтринной астрономии. Он, к сожалению, был практически слепым, потому что тот, кто проработал всю свою жизнь с солнечными или яркостными телами в обсерватории, как правило, не сохраняют зрение. Если мы возьмем нашего русского академика Андрея Борисовича Северного, специалиста о физике Солнца, то мы тоже увидим, в общем, практически слепого человека. Дональд Мензел, знаменитый астрофизик, который посвятил Солнцу все свои работы, тоже слепенький.

То есть мы преимущественно видим, что о Солнце по-настоящему поговорить-то можно только со слепыми. Только они знают, что это такое и знают природу ́того явления лучше, чем кто бы то ни было.

Я на свою беду, когда мне пришлось одному лежать в окопах против всего этого поповского нашествия еще 10 лет тому назад, я неплохо изучил этот вопрос, поэтому, вероятно, со мной, что называется, можно говорить о вере, но, к сожалению, сам предмет разговора — разочарую вас — отсутствует.

О.Журавлева― Я хотела в заключение сказать, что новости, которые вы любите, продолжают приходить. Сегодня вдруг стало известно про чудесную кассиршу, которая заперлась в обменнике пересчитать крупную сумму и утекла через окошко, и никто не знает, где она. 41 миллион рублей — что-то такое.

А.Невзоров― Вы хотите сказать, что кто-то обошел мою любимицу Луизу, которая украла?..

О.Журавлева― Вот об этом я и хочу вам сказать. Отставник ФСБ дважды лишился зарытых в саду миллионов. Сначала их отобрали вымогатели с паяльником, а потом еще и государство. Он, правда, уверял, что вымогатели ошиблись и деньги были не его, но так как в его доме много чего нашли, тоже отобрали. Александр Глебович, ужасная ведь жизнь, Такая прямо жестокая судьба?

А.Невзоров― Нет, вообще, всякая утрата денег — это очень неприятно. Но я вам могу сказать, что удалось расковырять интересный факт. Все помнят этот грандиозный трагический грузинский скандал, эту историю с Гавриловым и с опасной задницей. Но знаете, оказывается, кто за всем этим стоял?

О.Журавлева― Кто?

А.Невзоров― Вы знаете, кто, что называется намылил этого человека с особо опасной задницей в Грузию, кто его благословил?

О.Журавлева― Кто? Патриарх?

А.Невзоров― Гундяев. Совершенно верно. То есть вот как мы видим что-нибудь исключительно тупое, топорное и скандальное — обязательно за этим уши РПЦ.

О.Журавлева― Александр Невзоров, Виталий Дымарский, Ольга Журавлева с вами прощаются, всем спасибо, всего доброго!

Источник: Эхо Москвы

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Нет комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Nevzorov.TV