Невзоровские Среды — 5 июня 2019

О.Журавлева― 21 час и 4 минуты. Это действительно мы. Ольга Журавлева из Москвы, а из Петербурга… джентльмены, вы нас слышите?

А.Невзоров― Да, мы вас слышим прекрасно, Оля.

О.Журавлева― Чудесно! Здравствуйте. Александр Невзоров, Виталий Дымарский.

А.Невзоров― Мы в «Гельвеции», кстати, не случайно, потому что «Гельвеция» лучше всех подготовилась к петербургскому экономическому форуму. А в чем заключается подготовка? В том, что необходимо было во всех номерах очень крепко закрепить потолочные люстры для того, чтобы участники форума могли бы спать привычным для себя образом, то есть головами вниз, зацепившись лапками за люстру и сложив кожистые крылья.

Как вы знаете, тут, в Петербурге начинается большой бал экономических вурдалаков. Конечно, настоящих вампиров тут очень мало…

В Дымарский― Но встречаются.

А.Невзоров― Но и все остальные участники, насколько я их знаю, они превосходно подходят и характеризуются обычной классификацией всех рукокрылых. То есть мы там видим и щелемордов, мы там видим и свиноносов, мы там видим в ложных вампиров. Там достаточно количество мешкокрылов, листоносов, а также там есть ушаны, кожаны и нетопыри.

То есть, я надеюсь, что им ничто не помешает, ничто не потревожит сон этих существ, даже тот странный звук, который уже несколько дней беспокоит публику во всей России. Вот если вы прислушаетесь, вы его услышите. Вся Россия слышит этот странный звук. Он, действительно, загадочный, но я берусь объяснить его происхождение. Дело в том, что ВЦИОМ никак не может остановить рост рейтинга Владимира Владимировича Путина.

О.Журавлева― Он так и прет.

А.Невзоров― Да. Как вы помните, что опубликовав цифру 30% рейтинга, ВЦИОМ накрылся. Я чуть позже подробно объясню, чем именно он накрылся..

В Дымарский― Все догадываются!

А.Невзоров― Да. Вот как только это накрытие произошло, раскаявшийся ВЦИОМ всю ночь растил рейтинг президента, отрастил его с 30% до 72%. Но рост вышел из-под контроля и теперь остановить его невозможно. Он давно уже измеряется трансфинитными числами Кантора и приближается к числу Грэма и всё растет. Потрясенный ВЦИОМ, вероятно, понял, что он вообще может вырастить всё, что угодно в любых количествах.

Но с учетом того, чем именно ВЦИОМ накрылся, он бы мог заняться в основном выращиванием молочницы.

О.Журавлева― Это же грибы.

А.Невзоров― Нет, это не только грибы. Если будет налажено взаимодействие ВЦИОМа и Минсельхоза, то в российских сырах и ряженках появится хоть что-то, имеющие отношение к молоку, хотя бы имеющие лексическое, фонетическое отношение.

Вот мы тут сидим, умничаем, а рейтинг, между прочим, продолжает расти и остановить его невозможно. Куда девать излишки рейтинга, непонятно…

О.Журавлева― Сливать.

А.Невзоров― Нет, можно будет экспортировать в Венесуэлу, в Сирию, в Сомали. Там сразу всё наладится. Венесуэльцы и другие радостно согласятся голодать, затаптываться полицией, быть расстрелянными у всяких грязных стенок. Во многих странах опять ощутят блаженство нищеты, разрухи — т.е. всего того, на что дает право безумный рейтинг — все снова станут счастливы.

А может быть еще и всякие Макроны, измученные желтыми жилетами, тоже доведенные до ручки…

В Дымарский― попросят кусочек.

А.Невзоров― … они будут скупать этот продукт еще и в очередь все встанут, мерзавцы. Глядишь вообще всё и наладится. Кстати вот по поводу молочницы. Да, идея очень не плохая и перспективная, и сырье это ничем не хуже пальмитата.

Вот в Испании какой-то придурок блогер решил накормить бомжа печеньем с зубной пастой. Бомжа вырвало, гад блогер хохотал, показывал это всё на своем ютубе и нахохотал себе в результате реальный срок…

О.Журавлева― Так. Вы исчезаете. Теряем связь. Мировой экономический форум, он чем плохо — он нам портит связь. Я считаю, что в борьбе за секретность кто-то разрушил связь у нас с Санкт-Петербургом. Я вас не слышу. Давайте попробуем уйти на рекламу и наладим связь какую-нибудь.

(ВО ВРЕМЯ РЕКЛАМЫ)

А.Невзоров― … Так вот смотрите, из-за одну паршивую печенину, изготовленную кустарным образом, человек там садится в тюрьму. А производители продуктов в России регулярно вызывают рвоту у миллионов и ничего. Абсолютно невозможно прожить и дня, чтоб не напороться на сообщения: о кишечной палочки, которую теперь, для разнообразия, засовывают даже в пакетики с чаем; о фальшивых всяких творогах из гипса и пальмового стеарина; о перемолотых грязных голубях, которые самодобавляются в муку на элеваторах и на хлебных заводах. Никто не сел, кстати говоря, и никаких сроков, в общем-то, не последовало. А всякие хамоватые импортозаместители, они только потирают руки, натруженные на выдаивании у коров пальмитата и продолжают импортозамещать съедобное тошнотворным.

Но сегодня вообще вот под гул этого растущего рейтинга мне бы очень хотелось поговорить о счастье. И счастье у нас будет, Дымарский не хмурьтесь, сегодня основной, важной темой — счастье! Дело в том, что произошла прекрасная, тронувшая меня и потрясшая, обворожительная кража. Украли 23 миллиона, украли в Россельхозбанке, украла кассир Луиза. Это возвышенная, тончайшая история. Кассир Луиза она не только умница, она и красавица. Вот она сообразила, что счастье в России можно только украсть. Никакими другими способами оно не придет. В России всегда было так. Счастье в принципе возможно, но его так страшно мало, что распределенное на всех, оно не заметно и совершено микроскопично. А вот аккумулированное в одном кошельке оно становится вполне себе таким нормальным, полноценным счастьем. И кассир Луиза из Россельхозбанка решилась на счастье… Сразу, кстати говоря, скажу, что тот, кто ожидает увидеть кассира Луизу на форуме экономическом в Петербурге не увидит ее, хотя там в общем-то по идее ей было бы самое место… но не увидит, потому что украденных ею 25 миллионов маловато для приглашения на петербургский экономический форум, тут собираются солидные люди…

(РЕКЛАМА)
(ИЗ-ЗА НЕПОЛАДОК СО СВЯЗЬЮ ЭФИР НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ ПРОДОЛЖАЛСЯ ПО ТЕЛЕФОНУ)

О.Журавлева: ―21:13. Александр Глебович, слышите ли вы нас?

А.Невзоров― Я слышу вас. А вы теперь слышите меня, да?

О.Журавлева― Я надеюсь, что мы будем слышать хоть что-то.

А.Невзоров― Короче говоря, здесь собираются солидные люди, а солидность в России начинается немножко с других цифр. Но давайте вернемся к потрясшей меня Луизе. Вот по оперативным данным она стырила у себя в Россельхозбанке, в котором работала, 25 миллионов и рванула с семьей на курорт к пальмам, к мохито, туда, где не слышен рост рейтинга, а весело хрюкают бабируссы, чтобы хоть пару недель нормально баловать детей, хотя бы пару недель показывать им мир, не считать, хохотать, гоняться за крабами, купить купальничик со стразиками.

Ну, а потом понятно, что будет, потому что деваться ей некуда. И с чувством выполненного долга, женского такого, человеческого, материнского она вернется в Россию обратно. Что будет дальше, тоже известно: кандалы, зона, вьюги, грязь, наглые попы в тюремной церквушке и по тюремному телеку — ракеты и принудительный Соловьев. В общем, пропади оно всё пропадом. Будут сидеть зэчки, будут смотреть этот телек. У всех на лице будет этот «лицевой синдром телезрителя». Только вот кассир Луиза, она будет счастливо улыбаться. Она будет смотреть на принудительного Соловьева и вспоминать бабируссу и понимать, что жизнь прожита не зря. Вот увидит Скабееву и будет вспоминать большого пальмового краба. Бабирусса, знаете кто это такая, да(?) — это свинья с огромными, гигантскими клыками, с целым сплетением клыков на морде, она пугающая, но не опасная, а обитает она по-моему где-то на Сулавеси.

О.Журавлева― О, господи! Во всяком случае, Луизе Хайруллиной будет что вспомнить, я правильно понимаю?

А.Невзоров― Да, Луиза сделала преступный, ужасный, но совершенно правильный выбор, должен вам сказать, Оленька. Всегда, вообще, всякое счастье в России, оно всегда у кого-нибудь украдено. В советское время его перли тихо. А нынче принято не только украсть, но и хвастаться ворованным, чем, собственно говоря, бомонд и занимается. И вот отжатым у населения счастьем, которое так хорошо сконцентрировано в некоторых руках, и будут щеголять здесь, на Петербургском экономическом форуме, для чего, собственно говоря, он и проводится.

Вот, кстати говоря, Соловьев еще, чтобы я не забыл, я даже выписал себе… Бедняжка, он измучен нарзаном всеобщего презрения и обратился на этой неделе к президенту с требованием быть жестче и смертоноснее с врагами народа, со всякими инакомыслящими. Уси-пуси, Соловьев, он хочет крови. Купите ему кто-нибудь гематоген. А вообще, кстати говоря, выпуск гематогена — гематоген «Кровь врагов народа» — да, это было бы супер-товаром и популярным продуктом в Росгвардии, в Совете Федерации. Они бы сидели чавкали, у них бы капали коричневые слюни, на конец.

Но Соловьев-то подорвался окончательно на екатеринбургской истории, где жители сумели восстать против очередного захвата земли попами. Короче говоря, слава Екатеринбургу, героям слава!

В Дымарский― Героям Слава! Только вот у нас здесь Ройзмана нет. (имеется в виду, что Ройзмана нет на записи эфира в зале со зрителями. Т.к. в данный день Ройзман находился в отеле Гельвеция и встречался с А. Невзоровым и В. Дымарским — от ред.)

А.Невзоров― Ну Ройзман там ест в столовой куриные крылышки, я-то знаю где он сейчас. Кстати, почему-то в этой екатеринбургской истории никто…

В Дымарский― меня не слышно просто.

А.Невзоров― Да? Черт!

О.Журавлева― Что случилось?

А.Невзоров― Выясняется, что Дымарского не слышно. Он отдал свой телефон. Я могу вернуть.

О.Журавлева― Нет, не надо.

А.Невзоров― Вот почему-то никто не интересуется персонажем так называемой святой Екатерины.

О.Журавлева― Александр Глебович, я знаю, есть у католиков разные Екатерины — Екатерина Сиенская и всякие другие. Наша же другая.

А.Невзоров― Нет, это другая. Это Екатерина Александрийская. Но единственное, чем эта особа известна и прославилась — у нее был какое-то радикальное нарушение обмена веществ. И вот по христианской сказке у Екатерины Александрийской при отрубании у него головы, у нее из вен потекли молочные продукты. Это единственно, что, собственно говоря, ее сделало известной. Но это христианские мифы, христианские сказки. Но я всем очень рекомендую труд профессора Преображенского. Не того, а реального профессора. Где убедительно доказано, что прообразом вымышленного, сказочного персонажа святая Екатерина стала настоящая вот та первая женщина-ученый Гипатия…

О.Журавлева― Которую растерзали?

А.Невзоров― Да. Как раз убитая христианскими фанатиками. Это было принято в ранней христианской агиографии, когда самым бесстыдным образом персонажей, популярных в том или ином регионе, переименовывали, перелицовывали, переверстывали и приватизировали. Но вообще, я сегодня хотел больше говорить о хорошем, а не о страшном. Вот еще об очень хорошем.

О.Журавлева― Наконец-то.

А.Невзоров― Вот смотрите, как отвратительны мне эти либеральные критики России, как они предвзяты, как они умеют не замечать случаев подлинного единения, не только народного единения, но еще единения народа и власти. А вот на этой неделе это можно было бы отметить. Потому что есть некое единство, которое скрепляет народ и власть и объединяет очень разных людей.

Знаете, что это такое? Это старушки. Потому что сейчас лето, и над огородиками поднялись костлявые зады в ситцевых юбках в пол и платки. До последнего времени эти старушкины зады над огородами удивительным образом возбуждали только Россельхознадзор. Я напомню: увидев, как старушки зарабатывают на трассе укропчиком, государство ощутило себя обиженным сутенером и взялось, то что называется, за эти старушечьи задницы…

О.Журавлева― Александр Глебович, сегодня как у раз у нас здесь, в Москве, недалеко от Арбатской отбили старушку, торговавшую ромашками. Отбили у полицейских, представляете?

А.Невзоров― Потрясающе! Ну вот видите, оказывается эти ведомства, которые испытывают такое влечение к старушкам с ромашками, они не одиноки. В Липецке маньяк насиловал старушек прямо на огородах. Из его объяснительной — посмотрите криминальную хронику — следует, что он вот как видит согнувшуюся за прополкой бабушку, так ничего с собой сделать не может. И такая же точно история в Прикамье. Там тоже был схвачен придурок, которого будоражил вид стареньких огородниц. Вот оно подлинное единомыслие.

Кстати, Оля, Дымарский, помните, у нас есть дивная игра, когда одна новость помогает лучше понять смысл другой новости?

О.Журавлева― Да, мы помним.

А.Невзоров― Вот смотрите. Индийское информационное агентство сообщило о пикантном случае от наблюдения серпентолога. Наблюдали редчайший факт: гадюку вырывало жабой.

Но это в Индии редкий факт. А у нас Бузова крепко повздорила с Собчак. И в этот конфликт оказались втянуты все остальные русские светские устрицы. В чем смысл конфликта, понять очень трудно. Я не малаколог, то есть не исследователь устриц. С устричного языка нет переводчика. Понятно только вот в их диспуте было… звучали слова: «Balenciaga», «сука» и «сосать» — вот эти три слова. Надо сказать, что вообще, речь светских дам всегда в России все диалоги это комбинация этих трех слов. По крайней мере, вот эти двухстворчатые дамы, они именно так объясняются в своем мирке.

Их обычно не слышно, но тут вот эти наши светские устрицы, взбрызнутые соком шмоточной темы, пищали на всю страну. Непонятно, но очень увлекательно. И в своем упоении словом Balenciaga они не заметили, что над ними нависла такая бабаёжинская тень Яровой. А Яровая дождалась минуты и прошипела свою очередную мечту. Мы знаем, во что превращаются мечты Яровой: они иногда сбываются и называются «законом Яровой», то есть всё совсем не так безобидно.

Она сквозь зловещую ухмылку сообщила, что 12 июня на День России она бы хотела переодеть всех теток России в национальную одежду, то есть в провонялые шушуны, кокошники, кички, и дамы в таком виде должны выйти на улицу и медленно преть в очередях, в метро. И, кстати говоря, и устриц тоже не минует чаша сия. Им тоже шушуны светят.

А мужчины, разумеется, переоденутся подлодками «Посейдон», «Тополями-М», в сталинскую форму. А вот самые патриотичные переоденутся в подлинный, народный, национальный костюм — ватник с номером.

О.Журавлева― Но некоторые — в шапку пирожком и прочие все красоты.

А.Невзоров― В шапку пирожком, да. Я хочу сказать, что в Яровой умерла, в общем, тоже такая большая Balenciaga, умерла и гниет. Потому что, вы помните, у нее была такая идея: переодеть всех американских генералов в смирительные рубашки.

Вообще, вся эта элита выглядит у нас прелестно, презабавно. И тоже вот появилась новость, которая позволяет понять русскую элиту. Знаете, сейчас на Эверест к самой вершине двухкилометровая очередь.

О.Журавлева― Да, там страшная давка.

А.Невзоров― Заплативших за возможность восхождения там очень много. И по судорожным сообщениям оттуда выясняется, что по большому они сходить никуда не могут, потому что уйти за камень опасно: кислородные баллоны украдут товарищи по восхождению. В общем, они периодически с грустными лицами в этой очереди присаживаются.

Ну вот, от этой истории светской, коль скоро мы занялись сейчас светской хроникой, у нас вроде бы осталась Волочкова. Но она была очень занята. Потому что бесчувственный совершенно мэр Анапы, посмотрев видео концертного номера, который Волочкова решила в Анапе презентовать, взял и от него отказался. Дело в том, что номер называется «Агония какаду». Все могут увидеть. Он, действительно, сидит в клетке. Эта клетка вертится. Вы когда-нибудь видели попугая спятившего, которые пытается сделать шпагат?

О.Журавлева― Нет.

А.Невзоров― А мэра Анапы недавно, как выяснилось, действительно умер любимый волнистый попугайчик, поэтому он отказался категорически спонсировать этот номер.

О.Журавлева― А я-то думала, почему он смотрит номер — что, он отсматривает все номера, которые показывают в Анапе? Оказывается, он его спонсировать должен был. Интересненько.

А.Невзоров― Да, то есть на самом деле это всё была такая вот трагедия. И чтобы окончательно расправиться со светской темой, я хочу сказать, что вот тут по интернету то, что называется, прогулялась прелестное откровение Людмилы Борисовны Нарусовой, которая рассказывала о том, как она дала в пах мне.

О.Журавлева― Да, давала… такое она интервью.

А.Невзоров― Она жаловалась на серьезное журналистское внимание еще в те собчаковские, «секундовские» времена. Там на самом деле всё было примерно немножко не так. Всё было очаровательно, когда в аэропорту Пулково снимали Людмилу Борисовну, которая в очередной раз отправлялась куда-то по подложной путевке, действительно, шел мимо посол Нигерии. Ну, как-то сработал репортерский инстинкт взять интервью у посла Нигерии. И в этот момент открылась дверь сортира, и с рулоном туалетной бумаги выскочила Людмила Борисовна, которая начала избивать сперва посла Нигерии, потом операторов. Долго потом, кстати говоря, хромала. Возможно, она кому-то, что называется, по тестикулам и заехала.

И чтобы закончить раз и навсегда со всякой модой, давайте поговорим о колготках.

О.Журавлева― Боже мой!..

А.Невзоров― Мне тоже очень понравилась история с колготками и про наше чиновничество.

О.Журавлева― Расскажите нам про колготки. Не все знают.

А.Невзоров― Там же прекрасная была сцена, где человек постоянно — глава Раменского — публиковал свои фотографии с Гуней (Гундяевым) и с огромной иконой, с огромным образом. Оно тоже как бы достаточно много земель раздал попам. Очень благочестивый человек. Повсюду он с большой иконой. Сморкался только лампадным маслом. Такой вот подлинно русский гламур.

И вот состоялась его любовь с подчиненной какой-то чиновницей с последующим удушением этой чиновницы в «мерседесе», удушением колготками. И вот, кстати говоря, хорошо, что в этот раз в момент удушения у главы Раменского не было тяжелого образа в руках, а то могло бы случиться непоправимое: он мог бы оскорбить чувства верующих прямо об голову дамы. И там же, в мерседесе, вероятно это и произошло.

Попался он очень быстро и очень глупо и уже разоблачен. Ну, в общем, понятно, что его не тому учили.

С учетом того, как выглядит у нас образование в России, это легко понятно. Потому что вот ЕГЭ. Приходят последние новости, Оленька, о ЕГЭ. Чудная совершенно история про стукачество о том, что первокурсники замаскированные под школьников, проникают на ЕГЭ, втираются в сортирах т на переменках в доверие к десятиклассникам, вынюхивают шпаргалочников и стучат на них, причем платят по 35 тысяч.

О.Журавлева― Александр Глебович, есть один нюанс. Знаете, это воспитательный момент Я всё выяснила. Нанимают не просто студентов-первокурсников. Нанимают студентов педвузов. И они их учат на учителей шпионить, ненавидеть школьников, ловить шпаргалки прямо со студенческой скамьи. По-моему, логично. И получать 35 тысяч.

А.Невзоров― Оленька, вы, как всегда, безукоризненно логичны. Дело в том, что единственное, что меня настораживает, что им за это платят по 35 тысяч. Вот в это я не верю. Им платят за день, вообще, по-моему, работы, но я подозреваю, что это художественный свист, потому что таких денег в свободном обороте у Минобра нету. Если бы были, то они бы сумели их украсть сами, не привлекая каких-то там первокурсников. Люди специальные диссертации на эту тему защищают.

Но вообще, в ЕГЭ остается открытым и непонятным вопрос: Зачем? Вот эта пытка, которая не имеет вообще никакого смысла и оправдания. ГУЛАГ хотя бы формально может быть объяснен: накопали очень много канав в тундре. Но вот обосновать ЕГЭ не может абсолютно никто точно так же как никто не может объяснить идею Третьего Рима. Такая же, в общем, бессмысленная и непонятная история.

О.Журавлева― Ну, Александр Глебович, может быть, дело не в форме экзамена, а в том, что мы не можем отвыкнуть любое мероприятие проводить в стиле ГУЛАГа. Может быть, у нас скрепа такая, поэтому без обысков и арестов мы просто не умеем, согласитесь?

А.Невзоров― Ну вот с ЕГЭ получается потрясающе!

О.Журавлева― У нас осталась буквально минута. Я прошу прощения у дорогих зрителей YouTube, а также слушателей радио, потому что у нас, действительно, пропадает связь с Петербургом. Я прошу обратить внимание, что это не так просто — просто треснуть звукорежиссера, как вы пишите — не помогает. Тем более что вовлечено в обеспечение звука порядка 6–7 человек, некоторых из них по затылку просто так даже и не треснешь. Мы опасаемся.

А.Невзоров― Вовлечены в необеспечение звука порядка 5–6 человек.

О.Журавлева― Ну ладно! Мы сейчас вас слышим хотя бы. Надеемся, что все-таки встретимся после новостей. Александр Невзоров незримо присутствующий. Спасибо за телефон — Виталий Дымарский. И Ольга Журавлева.

НОВОСТИ

О.Журавлева: ― 21:33. Как призывают наши слушатели под воздействием новостей: «Позвоните уже по 5G из Питера в Москву. В новостях сказали, что попробовали сегодня из Питера звонить в Финляндию по 5G. Вот и поломали остальные 4G. Александр Глебович, вы нас слышите?

А.Невзоров― Да, я вас великолепно слышу. Мы продолжаем находиться в гостинице «Гельвеция». У нас всё так же плохо со связью, но мы продолжаем выпуск. И давайте, Оленька, побеседуем, наконец, о мировом господстве, потому что это стало снова актуально.

О.Журавлева― Ну, наконец-то. Мы с вами захватим мир?

А.Невзоров― Нет, во-первых, не мы с вами захватим мир. Он рано или поздно будет захвачен, потому что знаете, что есть «Сбербанк» и там есть Греф. Человек он очень начитанный. Прочесть столько купюр за свою жизнь — конечно, это добавляет, я бы сказал, и ума и эрудиции. Одно время они там развлекались маринованными обезьянами, индийскими факирами. Теперь Греф играет в искусственный интеллект. И это не так было бы страшно, но он в свои бредни втянул Владимира Владимировича Путина.

О.Журавлева― А тот и повелся.

А.Невзоров― А тот прибыл на какую-то маленькую конференцию, которую вот эти искусственные интеллектуалисты проводили, и очень оживился, потому что вот здесь запахло мировым господством, причем почти на халяву.

Вот что сулит искусственный интеллект? Никаких Америк побеждать не надо. Сортиры можно не модернизировать, а оставить выгребными. Асфальт нигде можно не класть, причем это все не мешает… Все на самом деле при условиях искусственного интеллекта можно — можно воровать, пытать в колониях, дырки в ракетах сверлить, и это всё всё равно обеспечивает мировое господство.

И главное — вот каким-то образом стать хозяином этого искусственного интеллекта, который будет пакостить всему миру, который будет у кого-то останавливать АЭС, где-то будет ломать плотины, где-то будет рвать документацию в секретных бункерах. Он, вообще, пригоден только для компьютерных пакостей. На самом деле это обыкновенный гаджет. Но в эту секту «Свидетелей искусственного интеллекта» самодобавляются президенты уже, как мы видим, и самодобавился, как я понимаю, еще и Рогозин. Вот это соединение Рогозина и искусственного интеллекта — это настораживает и дискредитирует, обрушивает эту идею, я бы сказал, окончательно. К тому же Рогозин радостно сообщил, что у него почти готова система под названием «Государево око».

О.Журавлева― Александр Глебович, давайте еще раз попробуем. Вдруг наушники и микрофон, может быть, поможет вам.

А.Невзоров― Связь есть. Прекрасно.

О.Журавлева― Какая прелесть, идеальная связь! Чудесно.

А.Невзоров― Рогозин предлагает частью искусственного интеллекта сделать систему «Государева ока». По его мнению, это некая штука, которая может парить над страной и позволит в реальном времени наблюдать и сбор валежника и сдачу стеклотары и те самые 30 миллионов сортиров. Но я вот думаю, что если это «государево око», то каким же будет «государев фингал»?

О.Журавлева― Вы боитесь, что засандалят, простите меня, обратно в это око?

А.Невзоров― У нас всякое бывает. Хотя, вы знаете, у нас тоже вот приятные новости. Потому что не все чиновники безнадежны. Например, некто Манухин, чиновник в ХМАО (в Ханты-Мансийском) открыл публичный дом в своей квартире — и его тоже увидит «Государево око».

О.Журавлева― Какая ж умница.

А.Невзоров― Главное, чтобы все эти сцены не отвлекали операторов «Государева ока» от рукоблудия. И чтобы все-таки правительство и Кремль получали бы доброкачественную информацию. Но вот мы видим, что образовалась эта секта поклонников искусственного интеллекта. Президента-то понятно, очень легко развести на этой малине. Хотя тоже надо будет выбирать: либо запрет интернета, либо искусственный интеллект и мировое господство.

О.Журавлева― Александр Глебович, подождите. Они же все-таки все время говорят, что «мы не запрещаем интернет, мы боимся, что нам враги его перекроют, поэтому мы создаем внутри надежнейший интернет». И там нормально всё будет: наш собственный интеллект, наше собственное «Государственное око». А у президента, наверное, фасетные такие глаза, он может видеть сразу миллион экранов?

А.Невзоров― Фасеточные, да, наверное. Но, вообще, они не вникают все-таки в такие частности, они вообще очень невнимательны. Потому что обратите внимание, вот вроде бы такая блистательная, умнейшая дама, как Валентина Ивановна, она тоже невнимательна. Он тут предложила начать отношения с Украиной с чистого листа и просто не обратила внимания на то, что этот чистый лист давно пропитан украинской кровью, и писать на нем что бы то ни было практически невозможно.

Ко мне пришел вопрос, на который я считаю важным ответить. Пишет как раз товарищ о том, что вот православие накрылось примерно тем же самым, чем накрылся ВЦИОМ. Задает вопрос: «А какова тождественность православия и христианства? Не компрометируют ли сейчас уже впрямую РПЦ христианство?»

Нет, я вас разочарую: РПЦ, русское православие — это и есть как бы наиболее чистое, наиболее правдоподобное христианство во всей его красе. И не надо думать, что те пороки, которые мы видим и те несовместимости с современностью — это эрпэцэшные штуки. Нет — как раз христианство.

Но вот тут еще есть одна прекрасная новость. Она не очень прекрасная. Кому-то она гарантированно не нравится, хотя я уверен, что она приведет в восторг поклонников Иосифа Виссарионовича Сталина. Вот этот сильный гул, который издает растущий президентский рейтинг, он не смог заглушить веселого грохота в Харькове. Там повалили Жукова. Правда, повалили опять не того Жукова. Скульптура Клыкова у вас там, в Москве осталась стоять, хотя начинать надо было, конечно, с нее.

О.Журавлева― У вас эстетические претензии?

А.Невзоров― Да, совершенно верно. Вот это настолько загадочная поделка и, вероятно, самый уродливый памятник из всех возможных.

О.Журавлева― Вас именно конный памятник смущает? Сидит плохо? Конь плохой?

В Дымарский― Место, где он стоит.

А.Невзоров― Меня смущает немыслимая одеревенелость, тупость поз, нарушение всех анатомических параметров. Но, понимаете, ведь Клыков был патриотом, а патриотизм в России заменяет мозг, заменяет грамотность, заменяет талант и навыки.

А вот харьковский бюстик, который повалили, он был абсолютно никакой. Сталинисты, кстати, действительно, должны были бы начать ликование почему — потому что их кумир Иосиф Виссарионович давно мечтал о такой картинке. Он ведь этого Жукова валил всеми способами: сажал, валил…

И, кстати говоря, тогда еще весь советский генералитет тоже приложил руку к травле Жукова, к позору Жукова. Ведь генералы, они дико завистливы. Им всегда кажется, что кто-то украл больше, чем они сами. И вот этого о ни простить не смогли. Потому что мы знаем, что Георгий Константинович в этом смысле блеснул просто как никто. И все обычно его осуждают, а я наоборот, не осуждаю не только как пират и наемник. Но вот то, что он пока двигался по России, его преследовала, конечно, жуткая тоска. Представьте себе: освобождать Орловщину, Брянщину. Там бесконечные лапти, старые керосинки — ничем не поживишься. А вот когда всё это началось уже на территории Германии, вот тут пошли ковры, золото, замки, фарфор, посуда. Это Польша, германская земля.

И, в принципе, это было прекрасно. Потому что Жуков так увлекался сбором антиквариата, что забил на некоторые войсковые операции. Ну, он просто отвлекался от них, и благодаря этому, возможно, как минимум 200 тысяч солдат остались живы. Потому что Жуков же абсолютный уникум. Это единственный военачальник, который мог угробить в 10 раз больше своих солдат, чем солдат неприятеля и считаться, в общем, успешным полководцем.

В Дымарский― Кстати, по поводу вывоза всех ценностей из Германии. У нас сейчас официальная история все время это опровергает и говорит, что за это получали выговоры и так далее. На самом деле просто было разрешено абсолютно сверху.

О.Журавлева― Но все-таки к Жукову по этому поводу тоже претензии были у следственных органов.

В Дымарский― Да, но и Жукову было разрешено, и Жуков разрешал.

А.Невзоров― Там просто перешел все грани приличия. Это просто распухали дома и вагоны от награбленного.

В Дымарский― И не только маршалы, но и генералитет.

А.Невзоров― Кстати, в Питере случилось почти то же самое. Но тут, правда, тихо, спокойно, без шума и пыли повалили Достоевского. Каким образом? Виртуально повалили, потому что главный педофил русской литературы, он как-то облизывался, он готовился вставить свое имя, выиграв в каком-то тайном поповском конкурсе в название аэропорта. Но вот, что называется, что-то пошло не так и имя этого религиозного фанатика, которого не очень однозначно воспринимают в России, оно не украсило аэропорт Пулково и не сменило привычное нам называние «Пулково». Механизм этого дела пока никому неизвестны и не понятны.

В Дымарский― Но вы знаете, какие предположения?

О.Журавлева― Какие?

В Дымарский― Оставили без называния в ожидании того, что назовут именем другого человека.

А.Невзоров― Путина вы имеете в виду? Как-то мелковато.

О.Журавлева― По-моему, логично.

В Дымарский― Слушайте, если Шереметьево — имени Пушкина.

О.Журавлева― То имени Путина — просто логично.

В Дымарский― Абсолютно.

О.Журавлева― Кстати, Шереметьево потом тоже переименуют.

В Дымарский― Будет Путин-1, будет Путин-2. Путино… Шереметьево.

А.Невзоров― Удивительно то, что попы как-то не канонизировали еще Достоевского — вот это меня сильно удивляет. Потому что же у него есть всё, включая детишек, для канонизации.

В Дымарский― И Толстого.

О.Журавлева― С Толстым трудности.

А.Невзоров― И я представляю, что иконописный образ нового святого станет хитом, а пророка Феодора можно изобразить нагим в парилке с голенькой крестьянской девочкой десяти лет, доставленной туда для его банных утех. Подробности этих банных утех можно выяснить в известном письме Страхова, где тот рассказывает о педофилии Достоевского, о которой тот ему рассказывал сам. Конечно, существует мнение, что всё было не так, что Страхов перепутал, что это девочка заказала себе в баню автора «Карамазовых», но тут от перемены слагаемых, в общем, мизансцены не меняются

О.Журавлева― Александр Глебович, любите вы светскую жизнь обсуждать!

А.Невзоров― Конечно.

В Дымарский― Но все равно же гений.

А.Невзоров― Не знаю, не уверен. Честно говоря, не уверен.

О.Журавлева― А вы его читать не пробовали, Александр Глебович?

А.Невзоров― Я уже говорил, что в свое время я пытался эту белиберду прочесть под названием «Преступление и наказание». Вынес для себя важный урок, заключавшийся в том, что если ты чего-то всерьез натворил, то терзаться точно не стоит, потому что именно на терзаниях все и сыпятся. В этом смысле это была полезная книжка, но…

В Дымарский― Поэтому у нас никто не сыплется, кстати, обратите внимание. Никто не терзается.

А.Невзоров― Да. Научились не терзаться.

О.Журавлева― Александр Глебович, а можно я сейчас буду терзаться?

А.Невзоров― Терзайтесь.

О.Журавлева― Я хочу пасть перед вами и попросить прощения, потому что я часто говорила: «Александр Глебович, ну вы… я не знаю, этого уже не может быть». И иногда думала: «Зачем вы вытаскиваете эти странные новости, которые вообще никому не нужны, что вы муссируете эти темы?» А потом жизнь говорила мне: «Невзоров был прав. Невзоров был правее». И когда я увидела сообщение о том, что всерьез обсуждается тема постройки церкви в честь Юлии Началовой — в память — святой Иулии, я вдруг подумала: «Боже мой, Александр Глебович меня предупреждал». Так что я перед вами страшно извиняюсь. Теперь вы можете говорить всё что угодно.

В Дымарский― А что на ее могиле творится.

А.Невзоров― Конечно, Оленька. Я уже говорил о том, что в основе всякого культа, всякого святого, конечно, лежит обычная некрофилия, известная еще со времен неолита, когда особое отношение к покойникам вот откультивировалась в такую странную форму. Здесь то, что происходит на могиле Началовой — это тоже в чистом виде некрофилия.

Но вот сейчас это уже не играет никакой роли, как именно это будет происходить, потому что сейчас слово за РПЦ. Пока РПЦ фыркает и говорит о том, что оно вообще не понимает, о чем идет речь и не хочет иметь с этим ничего общего. Но я-то вижу, как шевелятся поповские ноздри. Они принюхиваются, они вычуивают. Ведь на самом деле эта Началова со временем может стать очень хорошим гешефтом. Сейчас я объясню.

Вот так возникает некрофильский культ какого-то умершего человека по разным причинам. Я у себя на YouTube канале хорошо и долго, подробно объясняю. Можно посмотреть там, я не хочу повторяться. Но затем этому человеку, когда уже некрофильский культ сложился, начинают приписывать деяния, которых он никогда не совершал. Начинают рассказывать о чудесах и исцелениях, которых тоже, разумеется, никогда не было. Но всё это формируется в какую-то удивительную штукенцию, которая, в конце концов, становится канонической, канонизированной святостью. Это всегда коммерческий проект.

В Дымарский― Паломничество начинается.

А.Невзоров― На простом примере могу объяснить. Вот все удивляются, а, собственно, на фига было Николая II причислять к лику святых и вообще зачем было связываться с этой предельно скользкой и спорной фигурой, зачем надо было так рисковать? Но я объясню, что такое Николай II в цифрах за последние 17 лет со дня канонизации. Грубо говоря, какова доходность проекта по названием «Николай II»? Вот в свете общенародной истерии по этому поводу, торжеств, захоронений, молебнов проект этот исчисляется примерно в 300 миллионов свечек по самому крайнему минимуму. Затем идут специальные требы, бюджеты крестных ходов, образки, иконочки, литература. Это еще суммы. В результате мы понимаем, что проект «Николай-2» принес РПЦ как минимум 5–10 миллиардов рублей за эти 17 лет.

О.Журавлева― Простите, а аэропорт в Мурманске назвали из ревности? Захотели тоже немножко заработать на Николае?

А.Невзоров― Для названия аэропорта сработали какие-то загадочные механизмы, потому что об том конкурсе никто не знал, в этом конкурсе, как выясняется, никто не участвовал. И он был подпольным, непонятным, и, я думаю, что скоро эти результаты будут, разумеется, пересмотрены. И вот я еще хотел добавить, что Николай — это примерно 50–80 миллионов различных образков и другой религиозной атрибутики.

О.Журавлева― А Поклонская внесла свою лепту в процветание этого культа?

В Дымарский― Словесно.

А.Невзоров― Я думаю, она член этого АО под названием «Николай II» и один из активных, я бы сказал, акционеров.

Вот тоже пришел очень хороший вопрос. Я пользуюсь возможностью на него ответить: «Использует ли ФСБ психотерапевтов, как когда-то она использовала попов?» Ведь психотерапевт — это человек, который концентрирует в себе много интимной, приватной, очень качественной информации от разных, в том числе, крупнокалиберных людей.

Мы знаем, что у попов сливы исповеди, разглашение исповеди в определенных госорганах — это норма, это обязанность, принятая, еще утвержденная аж в 1722 году строго официально. Любые попы, которые узнавали на исповеди об измене, бунте или неблагонадежности гражданина, обязаны были доносить. Таких примеров очень много, в том числе хрестоматийный ваш пример любимый — это поп Масловский, которого подсылали к декабристам, к самым глупым, те исповедовались и за счет этого тем, кто распутывал декабристское дело, удалось выстроить абсолютно точную картину именно за счет этих исповедей. А поп Масловский, он отхватил на шею «Анну с мечами».

Поймите, всегда, когда есть некий концентрат приватной информации, к нему всегда будет привязано внимание спецслужб. Потому что собирать где-то по крохам, из кого-то вынимать и вымогать те или иные данные, всегда гораздо сложнее, чем получить их где-то в комплекте. Потому что, если, скажем, органы не обращали внимания на то, что существуют такие концентраторы всякой приватной информации, их надо было бы с работы выгонять за профнепригодность.

Разумеется, коль скоро находятся идиоты, которые доверяют психотерапевтам свои тайны, наверняка находятся и неглупые люди, которые из них эти тайны вынимают. Это, слава богу, сейчас несложно.

О.Журавлева― Александр Глебович, простите ради бога. Вы все время рассказываете о том, какие чудесные спецслужбы профессиональные и как они пользуются всеми достижениями нынешней цивилизации. Почему тогда для того, чтобы кого-нибудь обвинить террористом или еще каким-нибудь врагом народа, какие-то дуболомы людей пытают? Причем это становится ясным прям на суде. Почему же так жидко, плохо работают?

А.Невзоров― Вы хотите, чтобы я отвечал за недостатки работы КГБ. Оля, я не могу этого сделать при всем желании. Я всего-навсего отвечаю на вопрос, что если, действительно, у людей хватает глупости доверять свои интимные, личные секреты, боли, чаяния, мечты, то лучше пусть они их не доверяют, потому что, в общем, все достаточно слабы. И если человек не является каким-нибудь крупнокалиберным медийным явлением, то ничто его не спасает от того, что его тайны становятся известны. Потому что есть же такое понятие, как горизонтальные и вертикальные связи, когда с помощью вроде бы незаметного и усредненного человека выходят благодаря его информации на кого-то крупного и заметного.

В Дымарский― Да, но при этом наша информация еще хранится в тех же почтовых наших обменах, в электронной почте, я имею в виду.

О.Журавлева― Совершенно верно.

В Дымарский― Сейчас они пришли к Яндексу. До этого они пытаются все разобраться с Телеграмом.

О.Журавлева― Да Яндекс и так сотрудничал прекрасно. Теперь последние уже ключики.

В Дымарский― А где великие хакеры, которые проникали повсюду, а вот в Яндекс и Телеграм не могут?

А.Невзоров― Дымарский, вам ли не знать, что эпистолярный жанр, как ни странно, не провоцирует на такую откровенность, на такое полное обнажение своих ран, язв, болей и мечтаний, как вот то, что называется сегодня исповедью.

О.Журавлева― Да ладно, им нужны явки, адреса, пароли и счета.

А.Невзоров― Нет-нет-нет, Оленька. Вы не учились оперативной работе…

О.Журавлева― Слава богу.

А.Невзоров― Нужны как раз именно нюансы. Не слава богу. Это иногда весьма и весьма помогает. Но давайте уйдем с этой скользкой темы.

О.Журавлева― Давайте. Вернемся к медицине.

А.Невзоров― Да, у нас есть чудесные медики, которые являются заслуженными врачами России, то есть они имеют абсолютно высокий официальный безупречный статус. И этот статус не мешает им утверждать, что энцефалит — это ужасно полезная штука.

О.Журавлева― Укус клеща — это здоровье.

А.Невзоров― Укус клеща — это здоровье. Что это весело, здорово, что это необходимо. Но вот этот врач, она забыла, наверное, тогда сказать, что самое здоровое — это пуля в затылок. Я уж не говорю про благотворность отрывания конечностей, передавливание танком.

О.Журавлева― Она к этому, видимо, и вела, но не успела.

А.Невзоров― Она успела, но она отвлеклась на любимую тему современных заслуженных врачей России, то есть на гомеопатию. И это даже гораздо страшнее, чем ее заблуждения по поводу полезности энцефалита. Потому что одно дело, когда кто-то рассказывает о гомеопатии в частном порядке, и это остается дискутивным и безопасным, скажем так. Другое дело, когда с высоты своего так называемого авторитета… потому что очень многие хорошие люди, не изучавшие медицину, ведутся на все эти титулы, ведутся на все эти звания заслуженных врачей и начинают тому, что представляет реальную опасность для жизни… Потому что гомеопатия представляет, она пытается заменить собой реальное спасительное лечение, и в какие-то минуты, когда счет идет на мгновения, на дни, на часы, увлечение гомеопатии может обойтись предельно и безумно дорого. И, конечно, по большому счету эта штука такая, преступная.

О.Журавлева― К сожалению, на констатации этой преступности нам нужно заканчивать.

А.Невзоров― А меня в следующую среду не будет.

О.Журавлева― У нас будут идти пусконаладочные работы тогда.

В Дымарский― У нас день России будет.

А.Невзоров― А потом всё в порядке, всё как обычно будет.

О.Журавлева― Хорошо. Александр Невзоров, Ольга Журавлева. Виталий Дымарский. Всем спасибо!

А.Невзоров― Впускаем воздух, курим и ругаемся матом!

Источник: Эхо Москвы

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Нет комментариев

Оставить комментарий

Войти с помощью:



Nevzorov.TV